Книга Чужое лицо, страница 68 – Сергей Журавлев

– Direction de la surveillance du territoire, – подсказал Ивон.

– Именно. Пусть вас не расхолаживает то, что сейчас их основные силы заняты мятежниками из Алжира. Против нас они также работают активно. К тому же республика входит в блок НАТО, а ее штаб-квартира находится в Париже, значит, и американская контрразведка здесь не сидит сложа руки. Так что работы у нас с вами будет много, и работы опасной, но я верю, что мы с вами справимся. За ваши будущие успехи!

Уже через несколько дней Камелия вышла на службу в банк. Икар подал документы на получение французского гражданства и вплотную занялся освоением города. Вечером по карте и справочникам он намечал маршрут и с утра отправлялся его осваивать ногами.

Разведчик начал с Латинского квартала, старинного, всем известного района французской столицы, который известен своими университетами, книжными магазинами и уютными кафе. Он расположен вокруг Сорбонны, одного из старейших университетов Европы, основанного в XIII веке. Прогуливаясь по Латинскому кварталу, Ивон не мог не отметить возможность быстро затеряться в толпе постоянно спешащих студентов, пристроиться к группе туристов, чтобы отследить возможную слежку, а еще здесь идеальные условия для моменталки, то есть незаметной передачи записки или небольшого контейнера. От величественного здания университета есть несколько путей выхода на площадь Сорбонны, центральную площадь Латинского квартала, где постоянно проходят различные мероприятия и фестивали. Икар не спеша прошелся по улице Сен-Жак, которая вела к собору Парижской Богоматери. Здесь расположены старинные дома, уютные кафе и магазины. Затем свернул на улицу Муфтар, дошел до Латинского моста. Далее – кафе «Прокоп», университет Пантеон-Сорбонна, музей Средневековья, книжный магазин «Шекспир и компания» на улице Сен-Бенуа, церковь Святого Игнаса.

В первый день от всего этого гудели ноги и голова. А пройдясь повторно, но уже в другом направлении, теперь по боковым улочкам, он прекрасно смог освоиться и уложить в памяти всю топографию выбранного района. На очереди был квартал с бульваром Инвалидов…

В префектуре, куда Ивон подал документы на получение гражданства, его попросили заверить анкету в военном министерстве. Это оказалось очень хорошим поводом для попытки установить контакт с полковником Бертраном, отцом лейтенанта, с которым служил в Алжире Ивон. Полковник при прошлой встрече оставил ему свою визитку, в которой был адрес и телефон. Звонить Икар не стал, решил понаблюдать за центральным входом. В случае возникновения вопросов у него как раз имелась бумага, которую надо отметить. После томительного наблюдения в одном из выходящих из здания офицеров он узнал нужного ему человека, но решил пока не форсировать события и остался сидеть на террасе уличного кафе. Бывшему легионеру пришлись по вкусу летние небольшие кафешки. В них витала неповторимая атмосфера, которая позволяла расслабиться и насладиться моментом. Часто перед посетителями выступали уличные артисты, поэты, певцы. Это чем-то напомнило Ивону базарную площадь в Марракеше. Наблюдение за парижанами позволяло ему лучше понять этот необычный город, в котором он должен стать своим. Он вживался в Париж и приноравливался к ношению костюма, галстука, шляпы. В четырнадцать лет, сразу после окончания семилетки, Ирек Доронин надел форму, которая стала, по сути, его второй натурой на долгие десять лет. Черная гимнастерка ремесленного училища сменилась зеленой армейской, а затем и курсантской. Для него это была не просто одежда, а символ его жизни. Он верил, что гимнастерка самая удобная и практичная форма, а сапоги с портянками стали любимым видом обуви. Был один год, когда он учился в спецшколе разведки, но даже тогда он не смог привыкнуть к кургузому костюму от фабрики «Большевичка» и неудобным ботинкам от «Скорохода». Они сразу натерли ему болезненные мозоли, как бы подчеркивая, что на гражданке свои тяготы жизни. Теперь же на нем хорошо сшитый костюм, удивительно удобные, легкие кожаные туфли. Ивон замечал, что тезис «бытие определяет сознание» очень подходит и к внешнему виду. В движениях осталась уверенность, но появились вальяжность, раскованность. Стоило признать, что это во многом заслуга Аннет. Она подбирала ему рубашки и галстуки, ненавязчиво давала советы, как надо носить шляпу. У Ивона складывалось впечатление, что в таком виде он для нее более привлекателен, чем в форме. Да, не понять этих женщин.