Книга Позывной «Зенит», страница 76 – Сергей Журавлев

— В соответствии с вашим распоряжением под моим руководством была начата операция «Балаган» по внедрению в потенциальные террористические движения в Европе.

— Я помню, Матвей Степанович, задачи этой операции, переходите к существу вопроса. У нас мало времени. Через сорок минут меня ждут в Международном отделе ЦК КПСС.

Лазарев сделал для себя отметку, что Председатель знает его подчиненного, значит, надо присмотреться получше к этому майору. Сотрудники внутренней контрразведки по складу своей работы довольно информированные люди. А этот отметился не только в Германии, но и в других странах Европы и даже в Латинской Америке. Владеет немецким, английским, французским, испанским языками.

— Оперативным путем были получены материалы о нашем нелегале с позывным Гранит. Он неожиданно исчез из нашего поля зрения три месяца назад. Попытки установить его судьбу не увенчались успехом. Выяснилось, что сейчас он содержится в тюрьме ЦРУ на территории базы в Кэмп-Пири, где к нему применяют пытки с использованием медицинских препаратов. Судя по всему, он еще держится, потому что проходит по своим документам прикрытия.

Андропов ничего не записывал, у него была отличная память.

— Известно, по какой причине он попался ЦРУ?

Вопрос явно был предназначен начальнику управления. Генерал был готов к такому вопросу.

— Точных сведений пока нет. Можно предположить, что если его задержание проводило ЦРУ, а не ФБР, то это не их оперативная разработка, а наводка на него была получена в результате предательства. Американцы смогли завербовать осведомленного источника, который и сориентировал их в сторону Гранита. Также можно предположить, что информация была не полная, так как они не смогли его точно идентифицировать как нашего сотрудника и пытаются с помощью химии добиться признания.

— Что мы можем предпринять по спасению нашего товарища?

— В таких случаях, Юрий Владимирович, можно договариваться только об обмене.

— Что мы им можем предложить?

— Пока ничего, товарищ Председатель, — вынужден был признать генерал.

— У нас что, нет американских шпионов, отбывающих срок или находящихся в разработке?

— Это вопрос больше ко Второму главку, но вы же знаете, американцы не готовят нелегалов, как мы. Их конек — использовать перевербованных агентов, работа с перебежчиками, аналитическая обработка больших массивов информации. Тем более что, после того как к ним переметнулся Голицын, наш шифровальщик в Финляндии, русский отдел ЦРУ почти весь оказался под подозрением, вся его работа парализована руководителем контрразведки ЦРУ Джеймсом Энглтоном. Там началась какая-то паранойя на советских шпионов. Он, по какой-то причине, стал считать русского перебежчика ценнейшим информатором. Голицын смог внушить Энглтону, что вся их разведка пронизана русскими шпионами. В ЦРУ поднялась мощная волна допросов и увольнений. Практически любые намеки на контакты с советскими источниками, даже по работе и с санкции руководства, Энглтон рассматривает через призму предательства. Идет кардинальная зачистка русского отдела ЦРУ. Его сотрудники панически боятся проявить хоть малейшую инициативу, даже не раз проверенные ветераны. Может, у наших военных кто-то есть из Вьетнама. Кроме того, я опасаюсь, что если мы обратимся в ЦРУ с любым предложением, то, чтобы избежать расследования со стороны своей контрразведки, они просто ликвидируют Гранита.