Книга Мираж над пустыней, страница 56 – Сергей Журавлев

– Семья прежде всего, – согласился Хомяков. Такой ответ его вполне устраивал. – Но вам придется покинуть Ливан. Вы согласитесь жить в Советском Союзе?

– Нет. Получив деньги, мы переберемся в Европу. Мне понравилось во Франции, но я не против и Швейцарии. Там везде есть арабские диаспоры. Мы будем не одиноки.

– Ты не сможешь вернуться на родину.

– Я не слепой и реально понимаю, что рано или поздно американцы и евреи развяжут на Ближнем Востоке большую войну. В эту свалку попадут многие арабские страны. Проклятые англичане разрушили хрупкое арабское единство. Это будет кровавая драка. Летчики и танкисты сразу окажутся на этой войне первыми целями.

– Ты рассуждаешь очень здраво. Теперь у тебя есть хороший шанс позаботиться о своей семье, прежде чем в Ливан придет война, – одобрительно кивнул подполковник. – Сейчас расскажи мне, как спланирована система организации полетов в вашей эскадрилье. Каков график вылетов, сколько надо времени на подготовку самолета, маршруты, состав летной группы, каков график боевых дежурств, наличие вооружения. Начни с того, за какой срок ты узнаешь о предстоящем вылете.

Резидент ГРУ достал блокнот с записанными вопросами.

– Я готов рассказать, но только после того, как вы согласитесь с моими условиями. – Махмуд машинально вытер пот со лба. Это не прошло мимо внимания опытного вербовщика.

– Слушаю тебя.

– Прежде всего я хочу знать, где и когда вы выплатите обещанные два миллиона долларов. Я также хочу получить аванс в 600 тысяч долларов.

Александр Васильевич с удивлением отметил про себя, что итоговая сумма не изменилась, хотя он был совершенно уверен, что арабы начнут торговаться о большей сумме. Это выглядело странно. Кроме того, размер затребованного аванса усилил его подозрения. Будь он контрразведчиком, то придерживался бы именно такой линии поведения. Согласиться на предложенную сумму, чтобы не спугнуть покупателя, и поставить условия, которые еще больше подтверждают злостные намерения вражеской стороны. Это облегчает работу следователей. Но упорная убежденность в слабости местной контрразведки перевесила сомнения профессионала.

– Лейтенант, обычно аванс в сделках составляет десять процентов от итоговой суммы. Мы уже выплатили твоему подельнику Хасану Бадави двести тысяч.

– Это его доля, а я хочу оставшиеся четыреста тысяч долларов. Моей семье для переезда предстоят большие расходы. Кроме того, – ливанец нервно сглотнул, – если со мной что-то случится, у семьи останутся хоть какие-то деньги. Вы же в случае срыва операции не дадите не то что ливанского фунта, даже одного пиастра моим близким. А меня может арестовать служба безопасности или сбить система противовоздушной обороны при пересечении границы.

– Хорошо, – немного подумав, согласился Хомяков. – Как только ты сообщишь мне точную дату вылета, я передам тебе деньги.

– Мне не нужны наличные, – снова ошарашил русских Маттар. – Мне нужен банковский чек на имя моего дяди.

– В честь чего тебе понадобился чек? – изумился подполковник. Чувство опасности снова активизировалось. Документальное подтверждение – это серьезная улика в руках спецслужб.

– Я плохо разбираюсь в долларах и не смогу отличить настоящий от поддельного. Я вас не знаю, мало ли что вы можете задумать. Зато мой дядя бизнесмен и сможет в случае чего позаботиться о моей семье.