Книга Мираж над пустыней, страница 11 – Сергей Журавлев

– Почему он так поступил?

– Перед этим отказался возвращаться в Россию его заместитель Игнатий Рейсс. Мало того, выступил с открытым письмом во французских газетах, обличая политику руководства советской страны. Товарищ Сталин крепко обиделся и дал команду разобраться с отступником. Естественно, участвовать в этом деле должен был и резидент. Не лично, конечно, привести приговор в исполнение, а организовать необходимые мероприятия по выявлению и подготовке к покушению на него. Рейсс и Кривицкий были давнишними друзьями. Вальтер отказался от участия в этой острой акции и предупредил товарища о грозящей опасности, тем самым поставил под удар и себя. Рейсса ликвидировали почти сразу, а Кривицкий погиб четыре года спустя в Америке.

– Для ликвидации предателей существует особая группа?

– Раньше это был целый отдел. Его так и называли «отдел мокрых дел». Он много раз реорганизовывался, сейчас он не такой активный. Решение о ликвидации принимается на уровне Центрального Комитета партии, непосредственно это товарищ Хрущев. Резидентура на местах выявляет нахождение изменника, осуществляет все необходимые подготовительные мероприятия. Приезжает сотрудник из Центра и приводит приговор в действие. Но иногда эта миссия ложится на плечи резидентуры.

При этих словах Лазарев пристально посмотрел в глаза подчиненного. Икар уже догадался, но все-таки решил уточнить:

– Силами разведчиков-нелегалов?

– Ну не штатных же сотрудников посольства привлекать. Не могу же я это поручить, например, Феликсу, а ты уже воевал, убивал врагов, а он студент-отличник. Очень надеюсь, что мне не придется отдавать тебе такой приказ.

– А вы воевали, Анатолий Иванович?

– Я с сорокового года служил в войсках НКВД, мы защищали Москву, а в сорок третьем меня уже отправили во внешнюю разведку.

– Вам повезло, – печально улыбнулся подчиненный. – Вы воевали против немцев, а мне пришлось воевать с ними рядом.

– Ты о чем? – встрепенулся полковник.

– Так в Иностранном Легионе, через который мне пришлось пройти, чтобы получить французское гражданство, почти все инструкторы и сержанты из бывших эсэсовцев. Обычные немецкие солдаты после войны смогли вернуться домой, а этих за военные преступления разыскивали во всех странах, чтобы жестко наказать. Вот они из одной войны сразу попали в следующие. Принять их мог только легион.

Мужчины замолчали.

– Мой тебе совет, Икар, – наконец заговорил парижский резидент советской разведки. – Постарайся не педалировать этот факт в своих отчетах. Не надо давать лишнюю работу следователям, у них и так есть почва для подозрений.

– Так я вроде бы не под следствием? – удивленно спросил молодой разведчик.

– Я скажу тебе то, что вам не говорили в школе разведки. Феликс Иванов, такой же сотрудник первого разведывательного управления КГБ, как и ты, после окончания заграничной командировки отправится в отпуск на месяц в наш санаторий на побережье Черного моря. Ты же после возвращения сразу попадешь в карантин. Сначала на секретной даче в Подмосковье будешь сидеть месяц-два, описывать всю свою заграничную деятельность, отвечать на дотошные вопросы следователей. Затем несколько лет в Союзе под регулярным наблюдением контрразведки.

– Почему такая разница?

– Феликс работает в легальной разведке, он все время в посольстве, на виду. Ты действуешь с нелегальных позиций. Какой за тобой в Париже контроль? Как ты считаешь, у кого из вас больше шансов быть завербованным противником так, чтобы мы не знали?