Книга Танцовщица для подземного бога, страница 29 – Ната Лакомка

— Его называют Майя Данавом, — сказал Танду, хотя Анджали ни о чём больше не спрашивала. — Это означает — Волшебник из рода Данавов. Так что ты угадала его имя.

— Когда увидите своего друга, — сказала Анджали после недолгого молчания, — передайте ему мою благодарность. Его творение спасло меня сегодня, и я никогда этого не забуду.

— Ему не нужна твоя благодарность, — ответил змей почти грубо. — Мы уже почти приплыли. Хватит болтать глупости.

Вода вынесла их в знакомую пещеру, где зеркальный дворец окрашивал волны в золотистые цвета.

Анджали думала, что наг отпустит её, когда поднимется на пристань, но он превратился в человека и понёс её дальше так же легко, как нёс в воде.

В окне мелькнуло и исчезло удивлённое лицо Кунджари, а змей уже внёс девушку под своды дворца.

— Тебе надо отдохнуть, — сказал он. — Хочешь молока или чая?

— Хочу вымыться, — попросила Анджали. — Хочу смыть с себя даже их взгляды. Если вы позволите господин.

— Позволяю, — сказал он и понёс её к бассейну.

— Я вполне могу дойти сама, — тихо попросила она. — И я утопила одежду. Когда меня утащили под воду…

— Тебе принесут всё, что нужно, — Танду поставил её на ноги. — Кунджари будет тебе прислуживать.

Он ушёл, и Анджали долго смотрела ему вслед, а потом побежала в купальную комнату. Ей не терпелось вымыться до скрипа, и она раз за разом намыливала тело голубой глиной, обливалась водой из кувшина и намыливалась снова, пока не явилась толстая нагини, недоумевая, почему это ей поручили служить никчёмной рабыне.

Кунджари принесла одежду, только не хлопковую, как носила Анджали в доме змея, а шёлковую.

— Что вытаращилась? — ворчливо спросила нагини, когда Анджали удивлённо посмотрела на тонкую ткань, которая была похожа на дуновение ветра. — Господин велел, чтобы ты надела это. А если не хочешь…

— Нравится, — быстро ответила апсара, завернулась в шёлковое покрывало, прильнувшее к кожу, словно тёплые речные волны, и умчалась быстрее, чем нагини успела проворчать ещё хотьчто-то.

Когда Анджали вошла в спальню нага, то сразу увидела, что её постель исчезла. Не было ни матраса, который она раскладывала на полу каждый вечер, не было крохотной подушки и покрывала.

Танду стоял возле стола, зажигая светильники. Огонь загорелся, осветив точёный профиль нага. Но он не повернул головы, чтобы посмотреть на свою рабыню, и губы его были стиснуты так же плотно, как губы царевны Чакури. Змей явно был недоволен, но впервые Анджали это не испугало.

— Моей постели нет, господин, — сказала она. — Вы прикажете мне спать где-то в другом месте?

— Будешь спать здесь, — Танду закрыл светильник резным каменным колпаком и кивнул в сторону своей постели. — Если что-то понадобится — скажи. Я буду рядом, тебя никто не побеспокоит.

— Благодарю за заботу, — тихо ответила Анджали, впервые опуская опуская глаза не из-за ложной покорности, а из-за настоящего смущения. — Но я не пострадала, господин.

— Ты испугалась, — сказал он тоже негромко.

— Но вы же знаете, что это — моя дхарма, — сказала Анджали, помедлив. — Нарушая её, мы бросаем вызов воле богов. Получается, сегодня вы тоже бросили им вызов…Это опасно…

— Если твои боги так добры и милосердны, как о них говорят, то они не могут считать дхармой унижение и принуждение, — резко ответил наг. — Ни одно существо во всех трёх мирах не должно претерпевать унижения по чьей-то прихоти. Даже апсара, — он произнёс эти слова почти с презрением, а потом добавил: — Но я видел, что тебе неприятно твоё служение.