Книга Изыди, Темный! или Это мой ребенок, страница 94 – Саша Блик

Чёрт!

Жуткая картина, когда-то разделившая мою жизнь на до и после, прервалась тихим ритмичным звуком. Обернувшись, я уставился на Алесю. Девушка прижимала телефон к уху и, напряжённо хмурясь, слушала длинные гудки. Пока они не замолкли.

— Да что за чёрт, — выругалась она, повторяя набор. И снова длинные гудки.

Развернувшись, я прислонился спиной к дверям и скрестил руки на груди, почти отстранённо наблюдая за Алесей. Внутри продолжало клокотать, но я изо всех сил старался напомнить себе, что наспока ничто не связывает. Ну, кроме общего сына. И совместного проживания. Но о последнем ей было знать не обязательно.

А вот мне стоило остудить голову и понять, в какой степени желание обладать Алесей — сиюминутная прихоть, а в какой взвешенное решение. Хотя о какой взвешенности может идти речь? Отношения со светлой магичкой напрочь перечёркивали все мои предыдущие убеждения. Ещё лет сто назад они были бы вовсе невозможны, но общество постепенно становилось всё более лояльным…

Это я сейчас что, рассуждаю об отношениях с Алесей?

Надо срочно успокоиться.

Как успокоиться, находясь в крохотном помещении наедине с Алесей? В лифте, уже успевшем под завязку наполниться ароматом белого чая?

— Да уж, не везёт мне с аварийной, — хмыкнула она, когда гудки оборвались в третий раз. — Да что ж такое-то?

Меня она как будто специально не замечала. И это тоже неимоверно злило.

— Не отвечают? — поинтересовался как можно более нейтрально.

— Как будто уснули, — вздохнула она, по-прежнему не глядя на меня. И обернулась к висевшей в углу камере. Откуда, я почти не сомневался, за нами сейчас наблюдал один весьма нетрезвый блондин. — И эти тоже… Эй! Мы здесь! Помогите уже!

Она несколько раз махнула рукой, и как будто сдулась. Облокотилась на стену и скрестила руки на груди. Но не напротив меня, а по диагонали. Так что сейчас я в полной мере мог любоваться её профилем и раздражённо поджатыми губами.

Но долго стоять она не могла. За следующие пару минут она успела позвонить Грише и узнать, что у него всё в полном порядке. Позвонить подруге и выяснить, что та уже успела уйти домой, и не сможет сейчас лично найти ремонтников. В третий раз палец Алеси завис над контактом «Босс», но позвонить Расселу она так и не решилась. Вместо этого подняла почти обиженный взгляд на меня.

— А вы ничего не собираетесь делать?

— Зачем? Меня всё полностью устраивает, — усмехнулся я. И тут же дал себе мысленную затрещину. Надо притуплять обаяние, пока я Дамир.

— Меня зато не устраивает, — процедила она. — Оказаться запертой в лифте, да ещё и в такой компании… Я вообще-то тороплюсь!

— Ты поэтому тратила время, общаясь с тем хмырём? — вырвалось у меня. Да уж, вот и успокоились — слов нет. Но в качестве оправдания могу заметить, что насчёт неприятной компании прозвучалопо-настоящему обидно. Я ведь ей и слова не сказал.

— Вас не касается, с кем я общаюсь! — А вот и реакция.

— Очень даже касается, — совершенно спокойно возразил я. Даже голоса не повысил. Кажется. — Мой сын находится под твоей опекой, и я против того, чтобы вокруг него ошивались непонятные мужчины.

— Вовсе я не… — Её глаза на миг расширились. Видимо, вспомнила, что уже почти неделю живёт с мужчиной. Но надолго шока не хватило. Голубые глаза опасно сузились, а губы сжались в тонкую линию.