Книга Изыди, Темный! или Это мой ребенок, страница 41 – Саша Блик

— Точно не хочешь на недельку к бабушке? — вздохнула я.

Гриша упрямо поджал губы.

— Не хочу. Она заставит меня копать картошку. А ещё опять станет рассказывать, как ты ей всегда помогала на огороде. Она меня не любит.

Да уж, мама — сложный человек. Её любовь так просто не разглядишь. Но то, что она искренне заботится о Грише, сомнений не вызывает.

— К тому же, надо научить Соколиного Глаза говорить! — оживился сын. — Он уже умеет выучил слово «Кар»!

Я сдержала улыбку. Не рассказывать же ребёнку, что говорить дух точно умеет. Кстати…

— Ты помнишь, что ни в коем случае нельзя открывать клетку? — Гриша кивнул. — А если захочешь есть, то…

— Мам, я всё помню! — возмутился мальчик. — Я уже взрослый.

Украдкой закатив глаза, я всё-таки вышла из дома. Возможно, я и правда слишком сильно наседала на сына, и стоило дать ему больше свободы? Но мне самой в его возрасте так не хватало материнского тепла. Да и тепла вообще. Что я боялась даже допустить мысль, что он может почувствовать нечто похожее. Одиночество. Неприкаянность. Ненужность. И изо всех сил старалась показать Грише, как сильно его люблю.

Подойдя к остановке, я облегчённо выдохнула: как раз подъезжал автобус. Можно, конечно, было дойти до работы пешком, но это лишних минут десять-пятнадцать. Но время уже поджимало, а бежать не хотелось.

Правда,поездка в переполненном автобусе — то ещё удовольствие. Когда с одной стороны тебя давят рюкзаком, с другой — норовят наступить на ногу, а сбоку прижимается мужичок, от которого несёт перегаром. Апофеозом стало, когда я почувствовала чью-то руку у себя на бедре. К счастью, мы как раз подъехали к нужной остановке.

Выкарабкавшись на свежий воздух, я выглядела как встопорщенная курица — не иначе. Пригладив одежду, возмущённо посмотрела вслед отъезжавшему автобусу с отвратительными попутчиками и в очередной раз пообещала себе выходить на двадцать минут раньше, чтобы идти пешком. Это и для здоровья полезнее.

— Алеся, бесконечно рад тебя видеть!

Знакомый голос вернул в реальность. Признаться, увидеть здесь Рассела я не ожидала. И не сказать, что обрадовалась встрече. Он ведь не станет заходить и проверять, как я устроилась? Он ведь не будет заглядывать в мой якобы кабинет?

Потому что если так, это будет слишком странно. А ещё после этого можно будет забыть о том, чтобы наладить отношения с коллегами. Подобное внимание от босса я точно объяснить не смогу.

Но следующая фраза разрушила вообще все доводы рассудка. И в очередной раз показала, что я никогда не пойму, что у этого мужчины в голове. Потому что он совершенно без предупреждения выдвинул вперёд лопоухого парня по виду чуть младше меня и торжественно произнёс:

— Знакомься! Дарий Амосович Растопырко, твой новый ассистент!

Пожалуй, в данный момент я могла понять, что чувствовал Филипп Богданов, когда ему десять дней назад позвонил Рассел и сообщил о новом сотруднике. Ну, то есть… Какой ассистент? Зачем? Я ни о чём таком не просила.

— А это обязательно? — пискнула я, хмелея от собственной смелости. Всё же сказать начальнику, что этот помощник мне даром не сдался — это надо иметь определённую отвагу. Особенно если этот начальник — Игорь Рассел.

— Обязательно, Алеся, — «обнадёжил» начальник. — Дарий проходит стажировку, и других свободных психологов у меня нет.