Книга Изыди, Темный! или Это мой ребенок, страница 150 – Саша Блик

Влетев в квартиру, я не разуваясь проследовала в свою комнату. Ящик лежал в единственном шкафу, на верхней полке. Рядом с несколькими папками-скоросшивателями. Амулеты я делала редко. И не то чтобы совсем не умела… Но всегда лучше иметь перед собой схему и инструкцию.

Моя инструкция была отпечатана на листе формата А4 и спрятана в файлик. Отложив папки с подписями «Зелья» и «Заговоры», открыла ту, где было написано «Амулеты». Да, ведьминская книга, написанная от руки, выглядела бы атмосфернее… Но зато прямое копирование было более быстрым и надёжным.

Вытащив нужный лист, я раскрыла ящик с ингредиентами. Тут же лежала круглая жестяная миска, заменявшая ведьминский котёл — какая разница, в чём смешивать компоненты. Выгрузив всё на стол, я застыла, пробегая глазами по строчкам инструкции. Строчки прыгали и отказывались осознаваться.

Так, кажется, нужно взять брусок из древесины дуба… Нет-нет, древесина рябины. А вот в миску-котёл насыпать измельчённой дубовой коры. Теперь найти цветки аквилегии… Я растерянно застыла, рассеянно водя ладонью над рядами колбочек. Чёрт, где же они? Синенькие такие…

Из-за моего плеча показалась рука. Дамир безошибочно нашёл нужный флакон, вытащил крышку и вложил мне в ладонь.

— Спасибо, — прошептала я. — Ещё пять минут.

Дамир кивнул и отошёл на пару шагов, чтобы не мешать. А после и вовсе достал телефон и вышел из комнаты. И пока я измельчала листья белладонны, из коридора послышался его приглушённый голос. Не знаю уж, с кем и о чём он говорил, но в душе всколыхнулось раздражение. Значит, я тут с ума схожу, а он по телефону разговаривает.

Впрочем, вернулся он ровно к тому моменту, когда нужно было вливать кровь.

— Ты в порядке? — прозвучало над ухом. Меня окутало запахом кедра и морской соли. — У тебя пальцы дрожат.

— Холодно, — открестилась я. — Давай руку.

Дамир хмыкнул, но возражать не стал.

Идеально ровный разрез на запястье — и в миску полилась густая жидкость, смешиваясь с травами и напитывая силой вырезанную на бруске руну поиска. Одновременно с этим я речетативом читала заговор. Воздух густел. Отчаянно пахло озоном. Кажется, где-то рядом полыхнули вспышки разрядов. В ушах гудело, как при взлёте самолёта. Шум нарастал, становясь почти нестерпимым…

А потом всё резко оборвалось. Повисла звенящая тишина. А следом в воздухе начал разливаться кисловатый уксусный запах.

— Десять минут, — выдохнула я, не сводя взгляда с бруска. И второй рукой пережала рану на руке Дамира. Помедлила, и призвала магию, чтобы залечить порез. Кончики пальцев закололо, рана стремительно покрылась корочкой. Та потемнела, сморщилась и отвалилась. Всё это заняло минуту. Всего минуту. Ещё девять.

Подняв голову, я наткнулась на очень внимательный взгляд карих глаз.

— Поговорим? — спросил Дамир слегка охрипшим голосом.

Я медленно качнула головой и отступила на полшага, выпуская мужскую руку. Прошла неделя, а я до сих пор не могла привыкнуть к мысли, что Дамир и есть тот мужчина, что жил здесь столько времени, ночуя на диване.

— Думаю, сейчас не время.

— Хорошо, — легко согласился он. — Но пообещай, что когда мы вернём нашего сына, то обязательно поговорим.

Я отвела взгляд. Еслимы вернём нашего сына. Потому что до сих пор не ясно, куда именно пропадают дети, и что с ними там происходит.