Книга Изыди, Темный! или Это мой ребенок, страница 131 – Саша Блик

Да ещё и Дарий не появлялся. К счастью, никто другой тоже не заглядывал. Иначе, боюсь, меня бы по головке не погладили. Всё-таки утешение уволенной коллеги нельзя назвать работой.

Галина ушла только ближе к обеду. Я проводила её до выхода и какое-то время смотрела вслед. Обливаясь слезами, она одной рукой печатала кому-то сообщение, а другой прижимала к себе сумку с документами и кактус. Смотреть на неё было больно. Но помочь я ничем не могла. Пожаловаться Расселу? Ну так он меня пошлёт и будет прав. Это я подчиняюсь напрямую ему. А Галина — Богданову.

Ещё мелькнула странная мысль: не может ли это увольнение быть связано с тем, что Галина общалась со мной? Но эту мысль я отмела. С чего бы? Даже если Богданову я не нравлюсь, это не повод наказывать Галину. Это ведь просто личная неприязнь, ничего больше.

И всё равно меня не покидало дурное предчувствие. Что-то было не так, и я не могла понять, что именно. Не выдержав, я достала телефон и набрала Дария.

— Ты где?

— Скоро буду. Подожди, пожалуйста, в кабинете.

Предельно лаконично. Что ж… Пришлось возвращаться.

Бредя по коридору, я совершеннослучайно подняла голову и зацепилась взглядом за чёрный значок. Нахмурившись, я наклонилась ближе и даже почти коснулась его пальцем, когда меня осенило. Да это же руна! Одна из тех, что я наносила на стены для контроля эмоционального фона. В один из первых дней.

Но ведь ещё недавно они были прозрачными. Когда я их в последний раз проверяла? Неделю назад? В какой момент они почернели? И что должно было произойти, чтобы они настолько сильно напитались негативом?

Пробежавшись по коридору, я убедилась, что абсолютно все руны находятся в таком же состоянии. Чёрт, что же могло произойти? Для подобного эффекта одного человека катастрофически мало. Тут минимум половина отдела должна была пребывать в ярости. Но что могло это спровоцировать? И, главное, когда?

Вчера? Я не проверяла руны вчера. Вполне могла и не заметить, что они почернели. Позавчера? Раньше?

Но внешне всё было в полном порядке.

В голове промелькнула какая-то мысль. Как будто разгадка была рядом, совсем близко.

— Отлыниваете, Алеся Сергеевна? — раздался холодный голос, и меня передёрнуло. Вспомнишь солнышко — вот и лучик. Богданов, собственной персоной.

— Ну что вы, Филипп Валентинович, — мило улыбнулась я, оборачиваясь. — Сейчас обеденный перерыв.

— Так идите обедать, — сверкнул глазами мужчина. — Нечего тут разнюхивать.

— А это уж я сама решу, — оскалилась я. Понятия не имею, что на меня нашло, но сейчас этот мужчина вызывал ещё больше неприятия, чем обычно.

— Да неужели? — Богданов нехорошо усмехнулся и хотел сказать что-то ещё, как вдруг вздрогнул и уставился куда-то поверх плеча.

— Добрый день, Филипп Богданович, — поздоровался Дарий. — Мы как раз шли обедать. Всего доброго.

И, подхватив меня под локоть, увёл в кабинет. За что я была невероятно благодарна. Только ещё одного конфликта с этим неприятным типом мне не хватало. Но уйти мешала гордость. К счастью, Дарий появился вовремя.

— Здесь что-то не чисто, — пожаловалась я, когда за нами закрылась дверь. Не в силах стоять на месте, я принялась расхаживать по кабинету, вцепившись пальцами в волосы. — Это увольнение… И руны почернели… И у меня ощущение, что я вот-вот всё пойму.