Книга Сон моих воспоминаний, страница 58 – Саша Блик

— Я просто хочу отсюда выбраться, — призналась я устало. А для этого нужно связаться с дядей. И поскольку сила Фета куда-то пропала, и его кристалл оказался временно бесполезен, оставалась лишь связь через Бетти. Хорошо бы, конечно, у меня тоже был кристалл связи с Теодором, но ещё в Молвасе мы почему-то решили, что одного на двоих будет вполне достаточно. Наивно. Глупо.

Послышался треск. Подняв глаза, я увидела, как Фет деловито отрывает кусок ткани от рубашки. Закончив, он достал из сумки флягу с водой, смочил лоскуток и шагнул ко мне. Без сопротивления взял мою левую руку в свои широкие ладони и промакнул кровь.

Он снова и снова увлажнял ткань, осторожно смывая кровь с поверхности моей ладони. А закончив, подцепил мою голову за подбородок, заставив взглянуть ему в глаза.

— Я знаю, — выдохнул он. — Но подожди немного.

Образ Фета на миг расплылся, но я быстро сморгнула слёзы и прикрыла глаза, отдаваясь в его полное распоряжение. Он стоял близко, непозволительно близко по меркам этикета. И прикосновения влажной ткани к моей коже ощущались почти интимно. Я чувствовала его дыхание на лице, пальцы на подбородке. Кажется, даже тепло, исходившее от его тела.

Спорить вдруг совершенно расхотелось. В конце концов, ему выбраться с острова намного важнее, чем мне.Это Фет торопится домой. А я скрываюсь от его брата. И, если подумать, скрываться гораздо удобнее непонятно где. Когда ты сама не знаешь, где тебя искать, остальные тоже этого не выяснят. Звучит логично.

Единственное, что задевало — это слова Фета насчёт Бетти. Я просто хотела связаться с кузиной по кристаллу связи. Она ни за что не стала бы выдавать моё местонахождение Калебу. Да, во время нашего последнего разговора она позволила себе высказать сомнение в моём решении насчёт женитьбы, но так открыто подставлять меня ни за что бы не стала. Она же мне как сестра. Нет, намного ближе сестры. Самый близкий человек в мире. И я была уверена в ней, как в себе самой.

— Бетти так не поступит, — прошептала я, не поднимая век.

— Возможно, — не стал спорить Фет. Его рука даже не дрогнула, продолжая оглаживать мягкими движениями скулу. — Но я не готов так рисковать.

Ткань прошлась вдоль переносицы и спустилась ниже. Задержав дыхание, я замерла в предвкушении. Осторожное касание губ, почти невесомое. Фет провёл вдоль них лоскутком ткани, слегка сминая. У меня вырвался судорожный вздох, и я распахнула глаза. Серые радужки Фета потемнели. Он смотрел пристально, пронизывая душу насквозь. Только сейчас я поняла, что его пальцы замерли на моих губах, словно не решаясь отпустить.

Мы словно застыли во временном пузыре, не шевелясь и даже не дыша. Взгляд серых глаз скользнул на мои губы, и Фет едва заметно качнулся вперёд. Я же напротив отстранилась. Перед глазами мелькнуло перекошенное гневом лицо отчима, впивающегося мне в рот, и я отступила ещё на шаг.

— Спасибо, — поблагодарила внезапно севшим голосом.

Дернув головой, Фет словно пришёл в себя. Кивнул. Посмотрел на окровавленный кусок ткани в руках. Закрыл флягу. Положил в сумку. Выпрямился.

— Идём? — предложил он, протягивая руку.

— Куда?

— Искать выход.

Смерив настороженным взглядом протянутую ладонь, я нерешительно протянула свою руку. И тут же почувствовала, как его пальцы надёжно обхватили мои. От такого простого жеста по телу прошла тёплая волна. Я понятия не имела, что бы это могло значить. Но больше всего на свете мне хотелось, чтобы он меня больше не отпускал.