Книга Отвергнутая истинная чёрного дракона, страница 83 – Светлана Ворон

Отшатывается и спотыкается. Натраву приземляется, а ведьма безудержно её скалкой колотит. Прямо не останавливаясь. И орёт.

— Ах ты змея подлючая! Наглая, лживая прошмандовка! Я тебе покажу, как нашего короля дурить! Ишь ты, жениха она себе нашла! Губищи не лопнут? Может, на императора ещё замахнёшься?!

Всё развивается стремительно, но я не поэтому стою в ступоре. Броситься невесте на помощь мешают слова старухи. Падают мне в уши горькой отравой, оседают в груди мерзкой горечью.

Эль пищит и вскрикивает от каждого удара, но не просит пощады, руками лишь закрывается. Не возражает и не оправдывается. И именно это меня останавливает.

Вдруг старуха прекращает избиение и, тяжело дыша, седую прядь с лица сдувает. На меня косится виновато.

— Извините, ваше величество, сейчас я всё исправлю! — и в дом убегает.

А я так и стою, глядя сверху вниз на свою невестушку, которая выглядит как побитая собака.

Досталось ей неслабо, красные пятна на плечах и руках уже к ночи станут синяками. И мне её вроде бы даже жалко. А вроде бы и… нет.

Внутри скребёт глухая обида. Копится и распирает ярость.

Почему она молчит?!

Ведьма выносит мне угольно-чёрную баклашку с золотой тесьмой. По сравнению с веселящим зельем из корня болотника этот пузырёк выглядит серьёзно. Только черепа нарисованного на боку не хватает.

— Всего один глоток, ваше величество, — подаёт мне с уважительным поклоном, — и ваша память вернётся.

И пинает сидящую на траве Эль ногой. Пренебрежительно, как мешок с картошкой.

Медлю всего секунду. Испытываю глубокое сожаление о потерянном счастье. Как будто я жил в сказке, а злая ведьма пришла и всё разрушила.

Вот только злая здесь, похоже, не старуха, а Эль. И от этого всё внутри болит, горит и перекручивается.

Опрокидываю бутылку и глотаю вязкое содержимое с запахом грязных носков.

Ну, разумеется. Это только зелье подлости и предательства имеет приторно-сладкий вкус и опьяняющий эффект. По-настоящему лечащее на вкус всегда как дерьмо.

Только теперь Эль поднимает на меня глаза. В них колеблется не сожаление, но страх. Не вина, а какая-то мрачная ярость. Непокорность. Обида.

И ожидание. Как будто я сейчас сделаю то, чем она меня попрекала.

Она точно так же на меня смотрела, когда замуж отказывалась идти.

«Твоя клятва Валя ничего не стоит. Потом тывспомнишь и от обещаний своих откажешься. Скажешь, что действовал по незнанию».

И она ведь права. Знала, собака, на чью кость покушается. Знала и врала. Подло пользовалась моим состоянием.

И похоже, она поняла с первого дня, кто я. Узнала и молчала, когда решила женить меня обманом.

Всё это крутится в голове очень быстро. Паззлы едва сложить успеваю, как начинаю прозревать.

Словно с разума вдруг падает пелена. Весь туман рассеивается за считанные мгновения. Правда ударяет поддых ржавым лезвием. Кувалдой бьёт под колени.

Я как будто выше на голову становлюсь и в позвоночнике стержень. Из груди поднимается волна огня, растекается горячей лавой по телу.

Эль отшатывается, старуха снова падает на колени и начинает молиться.

А я на свои руки смотрю, на воспламеняющиеся под кожей вены, на образующуюся из огня чёрную чешую. Чувствую небывалый прилив энергии и неподъемного груза воспоминаний.

Это всё обрушивается на меня как оползень, который ни остановить, ни замедлить. Погребает под собой.