Книга Игры Огня, страница 97 – Ольга Пашнина

— Жизнь бывает несправедливой, Ярина, не делай из меня монстра. Я лишь хотела спасти брата. К тому же, для тебя я придумал компенсацию. Разве этого недостаточно?

— Компенсацию? — Я нахмурилась. — И какую же? Одержимость твоего брата? Его постоянные угрозы и безумные игры?

= Михаил Светлов… хороший мальчик, влюбленный в тебя без памяти.

— Михаил… — я ахнула. — Ты создал Михаила? То есть в моей реальности его не существовало⁈

— Нет, — ответил Дашков. — Я подумал, что немного несправедливо забирать у тебя все. И ты не должна отвечать за преступления своего отца. Поэтому создал для тебя Светлова. Очень рекомендую построить с ним будущее. Этот парень таит в себенемало секретов… и очень приятен.

— Но так нельзя! — воскликнула я. — Нельзя создавать людей в качестве компенсации кому-то, нельзя менять мир! Нельзя заставлять людей жить в этой реальности… Вы не имеете права!

— Право! — отчеканил Дмитрий. — Имеет тот, у кого есть сила и власть. У меня они есть. И тебе лучше смириться с тем, что мир стал таким, и научиться в нем жить. Иначе ты очень плохо закончишь.

Я окончательно сорвалась. Уже не выбирала слова и не думала о том, что можно сказать Дмитрию, а что лучше оставить при себе. Хотелось уязвить его как можно больнее. Уколоть в самое больное место.

— Можно закончить хуже, чем твой брат? — едко спросила я. — Есть что-то хуже, чем стать бездушным чудовищем, место которому в могиле? Не лги, хотя бы себе, Дашков. Твой брат… это не человек. Твой брат умер во время пожара. А вернул ты… монстра. Эхо его прежнего. Он ничего не чувствует. Ничего не хочет. В нем нет ничего человеческого. Так ответь мне, Дмитрий. Стоило ли это того? Неужели такая жизнь лучше смерти?

— Ты еще никого не теряла, — медленно отозвался Дашков. — Когда-нибудь ты, Ярина, узнаешь, что да. Даже такая жизнь… лучше смерти.

— Верните все назад, — потребовала я. — Верните все назад, как было. Иначе я всем расскажу, что вы сделали.

— Это невозможно.

— Но я была там. Эта реальность еще существует.

— Это был всего лишь сон. Тебе очень хотелось туда вернуться, и ты на миг там оказалась. Но реальность давно переписана. Тебе придется учиться жить в этом мире, нравится это тебе или нет. Возможность для того, чтобы тебе жилось хорошо, я дал. Остальное — не в моей власти.

— Это был не сон. Я была там не одна.

— И есть кто-то, кто может подтвердить твои слова?

— Есть! — раздалось от двери. — Я могу подтвердить.

В кабинет вошел Аспер.

Он стоял на пороге, его лицо было бледным, а глаза горели холодным, гневом. Он слышал все.

— Значит, это правда, — его голос прозвучал тихо, но каждый слог отдавался металлом. — Я не схожу с ума. Ты просто взял и стер целый мир. Переписал его. Переписал мою память…

Дмитрий Дашков медленно повернулся к нему, и в его взгляде не было ни тени раскаяния, только усталое раздражение.

— Аспер. Ты не должен был этого слышать. Ты — часть новой реальности. Ты жив. Не вмешивайся не в свое дело.

— Не в свое дело? — Аспер сделал шаг вперед, и я инстинктивно отступила, почувствовав, как воздух в кабинете стал густым и колким. — Я был мертв! Я видел собственное тело! Ты вообще собирался мне рассказать?

— Тебе незачем было об этом знать! Это мое и только мое дело. Я спасал брата.

— И я, значит, должен быть тебе благодарен?