Книга Нашлась принцесса! Но неприятности продолжаются, страница 86 – Ульяна Муратова

Скейн, конечно, хороший мальчик и навернякаотлично выполняет все команды императора, но… бесит. Интересно, золотистый ошейничек с бирочкой у него тоже есть? И даже личная подушечка у ног Пеннара Первого?

— Неосведомлённость вам вполне простительна, офицер Роделлек, — елейным голосом ответил Скейн Скоуэр. — В конце концов, никто не обязан уведомлять простых служащих о кадровых перестановках во дворце.

— Неужели помимо будуара вам доверили ещё и гардеробную? — восторженно уточнил Мелен. — Какая честь!

Валюха ошарашенно хлопала глазами, переводя взгляд с одного на другого.

— Котёночек, ты, наверное, устала, — нарочито ласково проговорил Скейн. — Давай я провожу тебя в твои покои, и ты мне всё-всё расскажешь о том, как нелегко тебе пришлось. Кстати, не удивляйся. Я получил официальное разрешение твоего отца ухаживать за тобой и намерен воспользоваться им в полной мере. Если ты, конечно, не возражаешь.

Принцесса, всё ещё пребывающая в ошеломлении от их перепалки, снова хлопнула глазами, а потом выдавила:

— Это очень неожиданно, Скейн.

— Брось, Валери. Ты всегда была исключительно умной и хорошенькой, но теперь выросла в настоящую красавицу. Я же не дурак, чтобы упустить свой шанс, — он улыбнулся ещё шире, и принцесса завороженно уставилась на эту улыбку.

Та самая кипенная, первобытная ярость вспыхнула в Мелене с новой силой, и захотелось разорвать этого наглого, беспардонного хлыща на много маленьких хлыщиков — как раз по количеству тщательно уложенных позолоченных кудряшек. Он аж засветился от ярости.

Принцесса отодвинулась от напыщенного засранца и шагнула к нему.

— Не переживай, мы со Скейном знакомы всю жизнь, он — лучший друг моего старшего брата Ардана. С ним я в безопасности, он меня не обидит. Ты можешь спокойно уйти. Я знаю, как сильно ты устал.

— Я не устал, — сердито отрезал Мелен, понимая, что любая попытка остаться рядом с принцессой будет выглядеть как сцена ревности, а он никогда до такого не опускался.

Да и полковник Скоуэр недвусмысленно дал понять, что ждёт его возле угнанного маголёта.

— Тем не менее. Спасибо за всё, Мелен, — с нежностью сказала она. — Я безумно благодарна тебе за каждое проявление заботы, за каждый добрый жест, за каждый разговор. Я знаю, что тебе было со мной сложно. Иди, Мелен. У меня только одна просьба: не возвращайся из одноголишь чувства долга. Мне это не нужно. Думаю, мне вообще лучше побыть одной какое-то время. Ты остался верен себе, и я бесконечно это уважаю, — принцесса коснулась его заросшего щетиной лица и улыбнулась, прощаясь взглядом.

Он на несколько последних мгновений утонул в зелени её глаз, затем кивнул, развернулся и ушёл, печатая шаг.

Ушёл, потому что не собирался разговаривать с ней при Скейне и в настолько паршивом настроении, да и совесть требовала его присутствия в Нортбранне. Там, где он нужен, там, где он может принести реальную пользу и не просто разглагольствовать о своих идеалах, а соответствовать им на деле.

И вот что забавно — Мелен знал очень много разных слов, но слова, способного описать его эмоции в тот момент, просто не существовало.

Вот такая, мать её, алекситимия!

К моменту, когда Мелен присоединился к Скоуэру, тот уже осмотрел маголёт.

— Скажи, Роделлек, как это всё понимать?

— Как то, что в юности я придерживался иных политических взглядов, — буркнул он.