Книга Кошачий глаз в волшебный час, страница 88 – Ольга Богатикова

Жить молодожены решили за городом в доме новобрачной, а потому уехали туда сразу после торжества. Мы навещали их дважды в месяц, и нас неизменно встречали с радостью и кучей вкусной еды.

Во время одного из таких визитов Ольга Сергеевна отвела меня в сторону и, покопавшись немного в одном из шкафов, протянула старую детскую юлу красно-зеленого цвета.

– Коля нашел эту игрушку на антресолях в своей квартире, – сказала она. – Он говорит, что когда-то эта юла принадлежала его брату. Есть вариант, что у меня была точно такая же. Не могла бы ты при случае пошарить в пространственном кармане? Вдруг там отыщется один из моих старых закладов?

– Вы хотите выкупить все оставшиеся вещи?

– Было бы неплохо, – улыбнулась бывшая начальница. – Я очень хочу вспомнить родителей и брата. Муж водил меня на их могилы, но они не вызвали у меня никаких ассоциаций. Когда же Коля рассказывает о нашем детстве, в моей памяти возникают отдельные образы. Если ты сможешь найти юлу, они наверняка станут полнее. Знаешь, у Коли есть несколько фотографий, сохранившихся с той поры. Возможно, благодаря им я смогу выяснить, как выглядели часы и плюшевый медведь, которых я заложила после юлы.

Юлу я извлекла из третьей секции «Кошачьего глаза» в ближайший понедельник. Тем же вечером в ломбард приехала Ольга Сергеевна и выкупила ее. Спустя месяц мне показали два черно-белых снимка. На одном из них была изображена семейная пара – родители Оленьки Чурской. За их спинами можно было разглядеть большое старое кресло, на спинке которого сидел игрушечный медвежонок со смешным ухом, висящим как у кокер-спаниеля. На втором снимке находился Ольгин отец – крепкий усатый мужчина, державший на руках испуганного полосатого котенка. На левой руке мужчины были надеты большие круглые часы с кожаным ремешком.

– Возможно, это те самые вещи, которые мне нужны, – сказала тогда Ольга Сергеевна. – Поищи их, пожалуйста.

И вот теперь она держала в руках плюшевую игрушку, а я внимательно следила за ее лицом и одновременно шарила в верхнем ящике стола, где теперь лежала аптечка с успокоительным и сердечными каплями.

– Ну, как? – спросила я у Ольги Сергеевны, когда она подняла на меня глаза.

– Нормально, – слегка охрипшим голосом ответила та.

Я протянула ей стакан с водой, и госпожа Митрофанова без возражений выпила его до дна.

– А что часы? – спросила она.

– Часы я пока не искала. Было много работы. Я поищу их на следующей неделе, хорошо?

– Хорошо, – Ольга кивнула и спрятала медвежонка в сумочку. – Спасибо тебе, дорогая. Кстати. Коля просил уточнить, когда вы с Олегом собираетесь подавать заявление в ЗАГС.

– Мы подали его вчера, – с улыбкой ответила я. – Просто не успели вам об этом сообщить. Свадьба назначена на пятнадцатое декабря.

– Вот и чудно, – кивнула Ольга. – Ты ведь уже познакомила Олега со своими родителями?

– Конечно, еще прошлой осенью – кивнула я. – Он им очень понравился. Особенно папе. В эти выходные мы едем к ним в гости и берем с собой Пашу. Он попросил познакомить его с будущими родственниками.

Ольга Сергеевна кивнула. За прошедшие полтора года Паша тоже неплохо изменился. С алкоголем он дел больше не имел, зато перешел на здоровое питание и активно занялся баскетболом. Жил он по-прежнему один, работал в компании, занимавшейся изготовлением и установкой мебели, и, кажется, был полностью всем доволен.