Книга Тайна двух императоров, страница 99 – Ксения Холодова

– Выходит, что, пока кольцо у вас, барышня, Россия лишена той защиты, ради которой нам всем пришлось пожертвовать многим, – продолжил мысль императора Салтыков.

– Но откуда вам известно, что кольцо действительно обладает такой силой? – спросила она, чувствуя наконец силу в своём голосе.

– Действительно, у нас не было времени убедиться в его свойствах. Но тот факт, что вы мистическим образом оказались здесь, даёт надежду, что это правда, – тут же вмешался Лабзин, горящими от интереса глазами рассматривающий Клэр.

– В таком случае, что же теперь требуется от меня? Я могу прямо сейчас отдать вам это кольцо, чтобы вы вновь…

– Чтобы мы вновь встретились с Наполеоном в Тильзите и поговорили о мире? – прошипел Александр, всё так же стоя напротив окна.

– Магистры древности писали, что это кольцо приобретает свою силу лишь в двух случаях. Первый, когда его передаёт старый владелец новому из рук в руки лично. А во втором случае прежний владелец должен умереть, и только после его смерти осколок небесного камня начинает искать нового, – пояснил Лабзин, пытаясь унять гнев царя.

– Лишать вас жизни было бы высшей степенью жестокости. Осуждая Наполеона за его варварство, мы не можем допустить такого в своём государстве. Вдобавок, никто не знает, что такие методы могут изменить в будущем, – сказал Александр, вновь вернувшись к своим советникам и встав между ними. – Поэтому, на мой взгляд, представляется возможным только одно… Вы должны будете сами передать Бонапарту его перстень.

– Что? Это же безумие! Куда мне… – всплеснув руками и посмеиваясь от безысходности, ответила Клэр.

– Согласитесь, что не такое безумие, как ваше здесь присутствие, – сказал Салтыков, потирая руки о свой костюм.

– Вы пройдёте полную подготовку! В кратчайшие сроки вас обучат всему, что требуется знатной особе в наши дни. Как себя стоит вести, как и кому нужно улыбнуться и многое другое. На это у вас будет почти два месяца. – Александр решительным, властным взглядом посмотрел на неё сверху вниз и тут же поменялся в лице, делаясь чутким и озадаченным.

Клэр никак не могла понять столь кардинальную смену его настроения. Она лишь взволнованно смотрела на него в ответ, вслушиваясь в каждое слово.

– Начнём с завтрашнего дня, Ваше Императорское Величество! – поддержал Строганов.

– Он прав! Это труднее, чем может показаться, ведь jeune fille ^[13], кажется, совсем ничего не знает о современной моде и порядках, которые принято соблюдать в свете, – сказал Кочубей, стараясь лишь для виду казаться вовлечённым в эту странную беседу.

– Да, кстати, я ужасно владею французским языком.

Присутствующие мужчины сделались ещё серьёзнее и молчаливее.

С каждым новым словом Клэр в глазах её внимательных слушателей всё отчётливее читалось разочарование.

– Кажется, потребуется человек при дворе, который не просто превосходно знает язык, но и жил какое-то время во Франции, – обратился Салтыков к императору, рассматривая тем временем медные бляшки своих туфель.

– Определённо. Такой человек у нас имеется, – ответил ему государь, вытирая неожиданно вспотевший лоб. – Что-то сегодня с избытком натопили дворец, велите поубавить.

Клэр была в замешательстве, ведь она могла поклясться, что во дворце довольно прохладно. Разве что только изо рта не исходил пар во время разговора. «По всей видимости, император привык жить на айсберге», – подумала она.