Книга Тайна двух императоров, страница 180 – Ксения Холодова

– Говорят, на балах ему настолько скучно, что лишь в этом он находит увеселение.

Клэр не сводила хмурого взора с Наполеона. Она стала свидетелем того, как император спрятал кисть своей правой руки в складках тоги. Ей вспомнилось, что этот жест зачастую ассоциируют именно с ним.

– Скажи, Франс, почему император всё время прячет свою руку под одежду? – Франсуа, не ожидая подобного вопроса от Клэр, приятно поразился её наблюдательности.

– Один из наших агентов как-то рассказывал, что видел императора Бонапарта за переодеванием. Так вот, удивительное дело, к его нижнему белью всё время привязан чёрный сатиновый мешочек. Есть сведения, будто в этом мешочке Наполеон хранит порцию яда, на случай, если кто-либо застанет его врасплох или будет угрожать.

– Неужели он способен отравить себя, только бы не лишиться чести?

– Или чтобы не рассказать то, что ото всех скрывают…

Обсуждая императора, эти двое едва могли заметить приближающегося к ним маркиза де Коленкура. Он поприветствовал их и попросил Клэр проследовать за ним. Она допила содержимое своего бокала и отдала его Франсуа.

– Куда мы идём, маркиз?

– Император желает поговорить с вами, но тему беседы я, к сожалению, не узнал.

Наполеон сидел на специально сооружённом троне. Небольшое кресло, обитое бархатом и золотом, стояло в центре скромного постамента. Клэр догадывалась о причине предстоящего разговора и со страхом готовила в голове ответ. Багровое вино в гранёных хрустальных бокалах заполнило зал сладко-пряным ароматом винограда. Радостный гул по-прежнему сливался со звуками оркестра. Клэр изо всех сил старалась скрыть свою напряжённость в разговоре с императором, слишком часто делая комплименты его костюму и этому торжеству.

– Я полагаю, что достаточно заручился вашим доверием, мадемуазель. Что касается кольца… Вы готовы наконец расстаться с ним?

– Полагаю, что да, сир. Но не могли бы мы дождаться окончания праздника?

Наполеон терпеливо кивнул, однако Клэр заметила, что это терпение давалось ему очень тяжело.

– Признаюсь, лишь одна женщина на моей памяти заставляла меня ждать. Вы совершенно не похожи на неё. Вы не виноваты, что именно это кольцо осталось вам в память от отца. Память для нас многое значит.

– Мне жаль, что я являюсь причиной вашего ожидания. И я бесконечно благодарна вам за понимание, Ваше Величество! – на миг Клэр забыла о том, что, скорее всего, Наполеону было известно об обряде, по которому кольцо должно быть передано из рук в руки добровольно. Она удивилась его доброте и смиренности, но, вспомнив это важное условие, отвела взгляд в сторону.

Близилась полночь, и все гости вышли на улицу. Кто-то покинул стены дворца и расположился у парадных дверей на первом этаже, а кто-то, как Клэр, лениво протиснулся на открытый балкон. Увидев М. среди томящихся в ожидании гостей, Клэр подошла к нему ближе, оказавшись у самого края балюстрады. Он бросил на неё взгляд, так незаметно, что могло показаться, словно они даже не были знакомы.

Сильный сквозняк проникал через открытые окна внутрь. Руки Клэр покрылись мурашками. М. заметил, как она сжимает своё тело, пытаясь согреть открытые участки кожи, и недовольно прищурился. Клэр не требовала от него внимания. В глазах общества они никем не приходились друг другу. Он отдал бы ей последнюю одежду, лишь бы согреть её, но не мог. Слишком много глаз, а такой человек, как он, не вправе проявлять излишнее внимание к не вхожей в семью императора особе. Клэр едва заметно прикоснулась к его руке, лежавшей на перилах.