Книга Скандальное замужество попаданки, страница 103 – Дия Семина

— Не думала, что у тебя хватит дерзости вернуться, да ещё и привезти порочащее меня заявление Аргайла! Ты меня предал дважды и теперь смеешь просить отдать тебе не родившегося ребёнка? — Виктория покраснела от злости.

Разговор с маркизом длится всего несколько минут, а ей уже хочется убить его!

— Послушай меня! Элиза сдала тебя парламенту. Я для них просто твой фаворит, как постельная принадлежность до этого момента, но теперь кто-то сопоставил факты, и подлог с наследником откроется. Я лишь хочу позаботиться о детях. Тори, тебя объявили преступницей, пока кулуарно, тихо, и, скорее всего, не вынесут грязь из дворца. От тебя требуется лишь одно, не порти всё окончательно.

— Не портить? — она вспыхнула гневом с новой силой. — Не портить что? Меня хотят лишить титула и отправить на покой, о том, что Карл не сын и не наследник покойного короля, решено молчать. Парламент тайным голосованием оставить всё как есть! У меня забирают сына! И ты хочешь забрать…

— Ты всё не так поняла! Если ты хочешь сама заботиться о малышке, я с радостью тебе помогу. Но если решишь отдать, то отдай мне. Вот и всё! У меня есть документы русской шпионки, ты можешь отказаться от короны сама, сославшись на здоровье и мы начнём жить, как обыватели. Без амбиций. Королеву не судят, тебя простят, но если ты уйдёшь на покой сама.

Виктория замолчала, пождав губу.

Прекрасно понимая, что им придётся уехать в провинцию и носа не показывать в столицу. Лишиться всего ради призрачного счастья семейной жизни?

— Ты не понимаешь! Это не мой путь. Я скорее умру. Но никогда не стану постой женой какого-то маркиза. Мы станем изгоями! Нет! Нет и нет! Я уже продумала план! Ты не получишь ребёнка. О нём никто не узнает! И ты не узнаешь в первую очередь! Да парламент постоянно голосует против меня, но их голоса ничего не значат. Норрингтон может в любой момент умереть, и тогда…

Генри ожидал, что просто не будет, но, чтобы настолько.

Она топит себя, не понимает, что всё уже решено! И если она не напишет отказ…

Сжал кулаки, закрыл глаза, принимая непростое решение, но она не оставляет шанса.

Сделал шаг ближе, присел перед её удобным креслом, положил руки на колени и прошептал, глядя в глаза:

— Тори, одумайся! Ты решала государственныедела, как умела, но это не те методы, если допросят пиратов, хотя бы одного главаря, а русские их захватили и не одного. Допросят твоего адмирала и этого Шеппарда, в их домах тайный совет проводит обыски, им нужно знать, нет ли политической опасности в твоих действиях. А она есть. Ты натравила пиратов на Архипелаг Ортега, ты поссорила нас с персами из-за грабежа их караванов. А у нас чудесным образом в лавках появились дешёвые специи, шелка. Парламент повесит эти грехи на тебя. Не эшафот, но яд! Понимаешь ли ты меня? Старый «Римский приказ» парламента и тебя заставят выпить яд! Они отмоют репутацию страны, но мылом послужишь ты! Ради детей, отрекись сама, возьми имя моей фиктивной жены и спасись! Я умолял Норрингтона и шефа тайного совета дать мне возможность поговорить с тобой. Они позволили, только из-за беременности!

— Пошёл прочь! Предатель! Ты сговорился с врагами против меня! Ненавижу! Убирайся. Ты такой же подлый, как и моя сестра! Она главная пиратка! Я лишь дважды отдала приказ барону Фицпатрику.