Книга Амбассадор Хаоса, страница 18 – Мария Карела

– Тебе нечего делать в нашей команде, я так думаю, – Ззкерра щёлкнула меня по носу. – Всё же хлюпикам в космосе делать нечего, согласись.

– Кто ты вообще? – Арджи выступил вперёд. – Инженер? Мечтатель? Несостоявшийся пилот, которым ты никогда не станешь? Тридцать лет, определяться уже поздновато.

– Мы взяли тебя на корабль, потому что у нас не было выбора, – кивнула Вирилада. – В вашей жалкой колонии даже нет ни одного толкового специалиста. Пришлось брать что есть.

– Я бы хотела, чтоб вторым ребёнком была твоя сестра. И с твоим братом, и с твоей сестрой никогда не было проблем, – в зал вошла мама. – Посмотри на них – они имеют семьи, они взрослеют, добиваются чего-то важного. Чего добился ты? Ничего.

– Ты даже с женой не сумел поладить, – поддакнула сестра. – Смотри, у меня скоро будет малыш, а ты? Связался с пиратами, чуть не погиб в первый же день. Неудачник.

– Мне почти тридцать, я так и не родила, и я так люблю тебя, что не могу смотреть на других. Ты сломал мою жизнь! Ты разбил наш брак! – зарыдала Соня.

– Я не так тебя воспитывал! – рубанул отец. – А теперь мы все под подозрением, нас преследуют.

Я отступал от них назад, но они продолжали говорить, продолжали обвинять меня, говорить мне всё то, что я так боялся всегда услышать… Я и сам знаю, что я проиграл свою жизнь.

– Я знаю сам!!! – заорал я, на мгновение стало тихо. – И мне не стыдно, – я смотрел в глаза Вириладе. – Я никогда не сдавался. Я делал то, что мог, – я перевёл взгляд на Шанталя, стоящего со скучающим видом. – Я был честен! – я протянул руку к Соне, но она сделала шаг назад. – Я всегда любил вас, – я посмотрел на семью, на злого отца, на молчаливого брата, на недовольную сестру и грустную маму. – И люблю.

– Толкуот твоих стараний и любви! К чему это тебя привело?! Какой смысл в твоей жизни?!

– Ты всё равно остался таким же, каким и был. Разве ты изменился? Вырос? Стал сильнее?

Каждое слово било наотмашь, я даже не думал, что может быть так больно… Я осознавал какой-то частью мозга, что это то самое испытание, о котором говорил Шанталь, но легче не становилось ни капли. Галлюцинации? Но что это изменит, если я действительно всё сломал? Если это факт – я так и не смог конкурировать настолько хорошо, чтобы улететь законно, не связываясь с пиратами, не подставляя родителей…

Как же больно…

– Я не сдамся… – прошептал я.

– Ты уже сдался, – мама смотрела с печалью и отчаяньем. – Мне так жаль тебя, сынок.

– Ты мог бы быть рядом с нами, – Соня покачала головой. – Мог бы быть отцом наших прекрасных детей, – её рука легла на живот. – Ты не знал, но теперь поздно. Я не стану воспитывать одна детей, о которых все в колонии будут шептаться, что их отец бросил нас и стал пиратом, убийцей. Одним из тех, кого стыдятся, ненавидят, боятся. Я не смогу.

– Нет… – отчаянье захлестнуло меня с головой. – Я не знал, не знал, не знал!..

– Но ты знаешь теперь. Твоему брату отказали в контракте. Его дети будут голодать, потому что его младшему брату захотелось поиграть в героя, – отец выплёвывало слово за словом.

Комок в горле не давал мне вдохнуть, ответить, просить прощения, умолять. Я рухнул на колени, а они закружили вокруг меня.

– Виновен, виновен, виновен…

– У тебя есть только один шанс оправдаться, – мама села на корточки рядом. – Исправь всё, что натворил. Я не смогу жить, зная, что мой сын – пират, – она вытащила откуда-то нож. Я узнал его – её любимый кухонный нож, который папа постоянно точил до идеальной остроты. Сколько раз я резался им – не сосчитать.