Книга Рождение Чарны. Том 1. Шпионы Асмариана, страница 44 – Алена Лотос

— Уберемся скорее отсюда, — послышались слова Аксельрода, — Здесь развлекаются лишь чернь и беднота. Сюда!

Друид свернул в улочку, убегавшую прочь от шумной площади и, меж ярких домов, облупившейся штукатурки и пустых цветочных ваз, направился к Мосту Караванов. Аксельрод прекрасно знал город — менее чем через десять минут мы уже мчались по мощеной дороге Района Правителей. Там за высокими заборами в обветшалых поместьях жили местные аристократы — не правящие, лишенные власти наследники воинов и вождей древности. По словам Аксельрода, свои дни они проводили в воспевании собственной гордости и родословной, мелких стычках друг с другом и редких приемах. Нет, были среди них и деятельные семейства — те же Максвеллы или Сарботти, жившие этим днем и мечтавшие о светлом будущем. Но остальные встречались друг с другом только ради сплетен, договорных браков и тайных сговоров, направленных на свержение теократической власти. Сотни лет у них ничего не выходило, и вряд ли выйдет сейчас, когда в игру вступила Империя.

— Знать Асмариана давно выродилась и погрязла в долгах и генетических проблемах. «Свежая кровь», о которой все они так страстно мечтают, им уже не поможет. Они могут брать в жены сарсгардок и тиффалеек, да хоть самих Северных принцесс, но, увы, эти люди обречены.

— Как могло такое случиться?

— Слишком долго они истребляли свою родню в бойнях за наследство или прекрасных женщин, — ухмыльнулся Друид. — Слишком пренебрегали окружающими, не желая даже удостоить взглядом самых благородных дам из других городов. Осознание пришло к ним слишком поздно. Ну и Друидская программа немало выкашивает их ряды.

— Друидская программа?

— Я так это называю. Как ты знаешь, друидом становится любой человек, рожденный в Асмариане, прошедший Испытание Одиночеством и склонный к природной магии. Для бедняков и черни это благо, способ возвыситься, повод для гордости — называй, как хочешь. Для Правителей — это трагедия, ведь Друид никогда не возвращается в семью и не может наследовать. Вот и сейчас они прильнули к окнам, смотрят нам в след и шепчут проклятия. Они даже не представляют,с какой силой связались! Да, Минати, ты еще услышишь об их заговорах и узнаешь, как мы с ними боремся.

Глазея по сторонам, я понимала, что Аксельрод прав. Милая и уютная пошарпанность Гостевого района принимала ужасающий лик изношенности в Районе Правителей. Это место похоже на молодящуюся старуху, изо всех сил наводящую блеск и мишуру, прячущуюся за веерами и украшениями. Кирпичные заборы погрызены временем, из них сыпалась тонкая пыль и известка, железо ржавело и гнулось, дерево гнило и превращалось в труху. Дворники и садовники пытались вернуть красоту Району, но они боролись с последствиями, а не с причиной.

— Наши Правители беднеют и мельчают. Нет больше среди них великих полководцев, ученых, ораторов — лишь торгаши и фокусники, набитые спесью по самые яйца. Ты с ними познакомишься и вдоволь «наобщаешься». Позже. Нам сюда.

Пробравшись мимо огромного лесопарка и парочки менее ветхих поместий, мы оказались у Моста Первых Посевов, ведущего в Торговый район. Первые же секунды моего пребывания в новом месте стали суровым испытанием для барабанных перепонок из-за громких криков торговцев, оглушающих округу. Даже Индейтри-скал теперь казалась собранием благородных работников. Вскоре глазам предстали бесконечные торговые ряды, потрясавшие воображение. Подобное разнообразие я видела только на межплеменных торгах в Акафире. Овощи, мясо, зерно, животные, посуда, одежда, специи, мебель, металлы, украшения, инструменты, оружие, цветы, кондитерские изделия, книги — чего тут только не продавали! Каждый пытался перехвалить свой товар звонче конкурента и вносил свой голос в безумную какофонию звуков. А толпа людей была настолько густой, что нам пришлось продвигаться шагом. И пока я пыталась прийти в себя и захлопнуть открывшийся от удивления и восхищения рот, какой-то мужчина бросился к коню Аксельрода, хватая вожжи и силой удерживая их.