Книга Три стрелы в его сердце, страница 139 – Алена Лотос

– Прости, отец... – шептала Ева каждый раз, как приступала к исцелению своего смертельного врага.

Как и в случае с Камлой, Ева начала лечение с простейших проверок, заклинаний и мазей. Требовалось медленно, соблюдая все предосторожности, установить магическую связь с больным. Коли этот больной был самим Темным, предосторожностей требовалось в десять раз больше, чем обычно.

Каждый раз касаясь сущности раны, Ева чувствовала, как магическая энергия бешеным потоком устремлялась в больного и пропадала, как в бездонном, бесконечном провале. После первой такой осечки Ева быстро разорвала начавшуюся устанавливаться связь и на подкашивающихся ногах вышла из комнаты. Больше она не допускала таких промахов.

Конечно, простейшие заклятия совершенно не помогали облегчить двадцатилетнюю предсмертную агонию Темного Эйлура. С помощью магического зрения Ева смогла рассмотреть его. Он был полностью парализован. На лице застыла гримаса боли, ужаса и отвращения – возникшая в тот момент, когда Меч, сотканный из Света, надвое рассек его грудь. Тяжелое, уставшее сердце содрогалось раз в минуту. Силы целительниц лишь поддерживали последнюю каплю жизни. Их жизни в обмен на его вечные мучения. Целитель обязан помогать всем страдающим без исключения. Целитель не имеет права выбирать, кому он должен помочь, а кого он может обречь на смерть. В душе Евы царили сомнения. Долг целителя против долга дочери.

Постучав по лбу и ненадолго отогнавдурные мысли, Ева принялась шептать очередной заговор. Она никуда не торопилась. В договоре не были прописаны сроки, а они с Артуром едва приступили к реализации плана побега. План лечения, наоборот, обретал более четкие формы. Установить связь с больным. Расшифровать структуру заклятия. Медленно, по ниточке отрезать рану от питающей ее светлой сущности. Приучить к свету. Рывком оборвать оставшуюся связь и запечатать. Вернувшаяся магическая энергия клокотала и требовала приступать как можно скорее и работать до изнеможения.

Было кое-что еще. Поступить неправильно. Структуру стоило расшифровать хотя бы ради уникальных знаний отца. А вот лечить быстро и эффективно – совсем не обязательно. Так будет лучше для всех.

К вечеру четвертого дня первый пункт был выполнен. Ева почувствовала, как ее магической энергии, вьющейся, словно молодая лоза, слабо коснулось что-то черное и кошмарное. Девушка рухнула со стула от ужаса и губами, сведенными судорогой, зашептала спасительное «эсто». Отвратительная черная слизь продолжала свои ощупывания. По ногам Евы поползли слизняки. Они оставляли за собой горячие жгучие дорожки. Поднявшиеся к сердцу ледяные мурашки в страхе разбежались. Слизь ласково коснулась черных цветов под перчаткой и резко впилась в них зубами. Ева закричала, затрясла рукой, зажмурилась. Морок пропал. Поднявшись с пола, целительница выскочила прочь из комнаты.

Сад Трав стал для Евы пристанищем от любых бед, любимым местом отдыха. Там она могла потеряться среди цветов и деревьев, остаться наедине со своими мыслями и чувствами. Туда она и бросилась опрометью, сбрасывая с себя многочисленных невидимых червей. А они ползли и ползли, проникая под кожу, забираясь в глаза и в уши, наполняя легкие, горло и рот своими скользкими тельцами. Ева бежала, почти не разбирая пути, пока не ударилась о что-то твердое. Твердое внезапно оказалось теплым и близким, обхватило за плечи и с тревогой спросило: