Книга Заучка в Академии Драконов, страница 44 – Оксана Гринберга

Продолжая вытирать пальцы о юбку, а затем, мысленно охнув, принявшись отряхивать юбку от белых разводов, я пожала плечами.

В кабинет так в кабинет, как скажете!

К этому времени я уже более-менее пришла в себя и сейчас отдавала себе отчет в том, что произошло. Вернее, в том, что не произошло.

Я была лишь в полушаге от решения Уравнения Перма, но явился Грейсон Ховард и все испортил!

А теперь он изволит… на меня гневаться? Смотрит тяжелым взглядом, словно это я сорвала урок и довела магистра Эрша до сердечного приступа!

Допустим, «Монстрологию» сорвала именно я – вернее, это произошло из-за меня, но во всем остальном, что случилось в этой аудитории, была его вина, не моя!

Если бы не Грейсон Ховард, я бы довела свое решение до логического завершения, а у магистра Эрша, которого уже унесли в лазарет, не случился бы сердечный приступ. Наоборот, он был бы бесконечно счастлив и горд из-за того, что это произошло в его «храме науки»и при его участии.

Получалось, ректор встал между мной и решением, а заодно признанием научного сообщества и несколькими тысячами имперских фартингов.

Наплевать на признание, но награда была очень даже приличная. Я бы сказала, что огромная!

Светловолосый дракон Киран Сандерс неизменно пребывал в кабинете ректора, расположившись на кожаном диване. Стоило мне появиться, как он приветливо мне кивнул, словно нисколько не удивился тому, что из портала вышла именно я.

Правда, на этот раз не отсалютовал мне бокалом.

К удивлению, выпивки рядом с ним не оказалось, да и сам он выглядел вполне трезвым.

И я подумала: неужели все выпил, причем еще вчера? Или же в его жизни произошли изменения в лучшую сторону?

Впрочем, сейчас мне было не до него, потому что в моей жизни те самые изменения не произошли. И случилось это по вине мрачного Грейсона Ховарда, явившегося за мной через портал.

Но если ректор думал, что я буду стоять, разглядывать ворсинки на его ковре и покорно выслушивать то, в чем он попытается меня обвинить…

Кстати, в чем именно, по его мнению, я была виновата?

В том, что истратила несколько кусков мела из запасов академии? Или же в том, что исписала математическими уравнениями доску на «Общей Теории Мироздания», а потом «испачкала» ими же пол? Либо сорвала урок по «Монстрологии», в очередной раз став предметом горячей любви магистра Орманса?

Но силой в аудитории я никого не удерживала, да и магистр Эрш тоже. Однокурсники могли преспокойно отправляться на «Монстрологию», ну если только кроме моего «няньки» Гордона Стаффорда.

Но они остались, увлеченные разыгравшимся перед ними математическим спектаклем, а теперь магистр Орманс, похоже, считал монстром именно меня.

– Мисс Райт, – вполне спокойно начал ректор, – я хотел бы разобраться в том, что произошло на занятии у магистра Эрша. Почему бедного старика пришлось спешно отправить в лазарет, но перед этим он обвинил меня во всех смертных грехах, заявив, что я – враг науки и всей империи Элизеи вместе взятой?

– Да-да, мисс Райт, поведайте же нам поскорее! – раздался ехидный голос Кирана Сандерса. – Обожаю удивительные истории по утрам! Скажу вам сразу, с вашим появлением в академии наша жизнь стала куда более увлекательной, чем прежде.

– Киран! – повернулся к своему другу ректор, и тот понятливо закрыл рот.