Книга Выбор сердца, страница 164 – Ника Верон

Константинов обернувшись от нехитро накрытого стола, замер, не сумев сдержать вполне искреннего недоумения во взгляде. Молодая, интересная женщина, желанная женщина — в пижамных штанах в разноцветный горошек вместо соблазнительной сорочки. Кажется, ситуация серьезнее, чем казалось изначально. А он надеялся…

Впрочем, на что надеялся, после собственных перлов сегодня утром. Тем более — зная её ранимость, какой клубок противоречий из себя представляет. С ней надо как с хрупким хрустальным цветком обращаться, а не демонстрировать силу, стремясь доминировать во всем. Хороший урок на будущее. Черт бы побрал собственную несдержанность.

— Смыла городскую пыль?

Постаравшись не показать вида, сохранив максимально выдержанный тон, остановившись перед ней, приобнял. Коснувшись легким поцелуем уголка губ, замер. Его руки, «прогулявшись» по изгибам ее соблазнительного тела, окончательно убедили в серьезности проблемы. Ошибиться не мог. Не смотря на уверения в обратном, сильно обиделась. К столу: хоть к завтраку, хоть к ужину, эти дни выходила в его футболках или в соблазнительном неглиже, без нижнего белья. Нет, ничего не происходило. Хватало раннеутренней разрядки, а вечером самого себя заставлял дожидаться перехода в спальню. Но вот прикасаться к себе, дарить ласку не запрещала. Сейчас же, под тканью пижамных брюк, ладонь почувствовала тонкую грань трусиков. Спряталась. Такая, тихая месть. И если не поломать хорошенько голову, сегодня вполне может оказаться отлученным от тела.

— Думаешь, они помогут, если я всё же попробую… — так и не получив ответ на предыдущий, тихо прозвучал его следующий, правда, не понятно, не то вопрос, не то предположение.

— Ну, если ты готов опуститься до изнасилования — не помогут, — ответила в тон.

— Рит, я извинился, — счел необходимым напомнить Константинов, не торопясь увеличить между ними расстояние. — Тебя в последнюю очередь хотел обидеть, — с долей неуверенности, что Коташову слегка насторожило, продолжая. — Понимаю, как в свете произошедшего может выглядеть со стороны. Пожалуйста, не вскипай, как чайник, — попросил он, дотягиваясь до плоского тонкого футляра на столе. Его очередной презент, сомнений не было…

Цепочка с кулончиком. Не та, которую порвала утром. А вот когда успел приобрести… Если только не заказ. Во время репетиции выходил на улицу после чьего-то звонка.

— Сегодня не за что дарить… — вновь не удержалась от соблазна съязвить.

Обида. Засела где-то глубоко. Сама на себя сейчас злилась. Не тех слов от неё ждали.

— Дарить всегда есть… — перехватив ее взгляд, Константинов тихо чертыхнулся. — Черт, Рит, прекращай, — попросил он, без проблем сдерживая резкость в тоне. — Я хочу сделать тебе подарок. Ни за что. Правда. Забудь ты те слова. Это просто за то, что ты есть, — спокойно продолжал звучать его голос. — Я тебя и в сорочке не трону, если не захочешь, — добавил он, застегивая украшение на её шейке и касаясь легким поцелуем губ.

— Мне в брюках комфортнее, —обронила она и, встретившись с его взглядом, попросила, — Смотреть на меня вот так не надо. Не будет у нас ничего.

А Константинов никак не мог угадать настроение. Не раздражение. Нет. Злость? На кого? На него? Впрочем, на кого ещё. С Петровой проблема решилась бы просто. Примерная цена вопроса в целом была известна. Да и с любовницей вряд ли возникли бы сложности. А вот сейчас… Не любовница и не жена.