Онлайн книга «Выбор сердца»
|
— Уже сошла, поверив в сказку, — сдерживая слезы, обронила Коташова, швыряя в сумку что-то из своих вещей. — А знаешь, я ведь предполагала нечто подобное, — добавила она, замерев и резко обернувшись к нему. — С самого начала. С первой секунды встречи летом. Считаешь, что всё можно купить? — Рит, я правда… — а вот как объяснить то, что сорвалось с языка, на самом деле не знал. — Ты правда так думал всё это время, — неожиданно (или — ожидаемо?) резко продолжал звучать голос гостьи. Не исключено, что за резкостью всеми силами пыталась скрыть обиду и рвавшиеся на волю слезы. — Твои цветы, безделушки, кольцо, серьги. Не хотела верить, — продолжал отрывисто и, одновременно, на слишком высокой ноте, звучать ее голос. — Я тебе хотела верить. Я не девка, не шлюха! Меня не надо покупать! Мне с тобой очень хорошо! Как бы у нас не происходило, я, кажется, ни разу не послала тебя к черту. Зачем ты сейчас так со мной⁈ Ты… — Рита, — резко сократив и без того незначительное расстояние, крепко прижал молодую женщину к себе. — Успокойся. Хватит, — удерживая её, не давая освободиться, сохраняя на первый взгляд абсолютное спокойствие, обронил, — Когда же ты отогреваться начнешь… Последняя фраза подействовала, как сильно действующее успокоительное. Рита в одно мгновение замерла. Успокоилась? Или взяла тайм аут в неравной борьбе? 2 Санкт-Петербург.По силе, без сомнения, Константинову проигрывала. Но был и еще один момент. Отвечать агрессией на абсолютное спокойствие долго не получалось. А выдержке владельца квартиры можно позавидовать. Да и, чувствовала растерянность человека, в объятиях которого, не смотря на все попытки выдержать расстояние, оказалась. — Я очень сильно отогрелась, — услышал затем ее тихий голос. — Правда. — И поэтому, как порох вспыхнула? — коснувшись губами ее виска, успокаивающе поглаживая ладонью по почти обнаженной спине, негромко продолжал, — Рита, прости. Пожалуйста. Мне тоже очень хорошо с тобой, — вот в эту минуту надеялся, что ему поверят. Кто бы еще полгода назад сказал, что будет почти панически бояться потерятьженщину с целой кучей необъяснимых проблем. Куда проще всё было бы с той же (пожелай только) Лерочкой Вешник или любой другой юной нимфеткой. Восемнадцать-двадцать лет — замечательный женский возраст, когда без особых усилий можно слепить под себя покладистую во всех отношениях жену. Когда человеку уже за тридцать и за спиной багаж из знаний и опыта… — Это всё слова. Думала ли так в действительности? Константинову показалось — нет. Но причиненная обида, пусть и невольная, с его стороны рвалась наружу. — Я не знаю, как отблагодарить тебя за то, что между нами происходит. Чему ты позволяешь происходить, — продолжая, поправил самого себя, надеясь, что ему сейчас верят. — Рит, перестань, я не хотел тебя обидеть. Удерживать её без того, чтобы не причинить боль даже случайно, становилось все сложнее. Снова сделала попытку освободиться от его рук. — Отличная благодарность. Очередная, намеренно едкая фраза. Его провоцировали на выпад. Вот когда выдержка совсем не помешала бы. Только, как часто бывает, не в самое удачное время и случаются срывы. — Да, черт возьми! Привык я так жить! — в какой-то момент собственное спокойствие рухнуло. Всего на секунду ослабленный самоконтроль, а Рита проворно отскочила в сторону, потянувшись за халатиком. — Привык, чтобы вот такое получить, — при этом кивнул в сторону кухни, определенно имея ввиду произошедшее между ними там несколько минут назад, действо, — Надо голову сломать! По полной выложиться! С языка сорвалось! Расслабился недопустимо! Ну, не думаю я так о тебе! И сейчас не вру, — закончил уже совершенно спокойно. — Рита, я искренне извиняюсь за сорвавшееся с языка. Не хотел, не хочу, не собирался и не собираюсь каким-либо образом тебя оскорблять или, чего хуже — унижать. Прости, пожалуйста. |