Книга Дружеский роман, страница 158 – Ника Верон

А сердце билось едва слышно. Самой страшно становилось… Ничего подобного даже в худшие времена, когда с высокой температурой сваливалась, не происходило. Временами сейчас его просто не слышала, словно совсем останавливалось.

— Рит, ты белая, как снег, — Ксюха с сомнением посмотрев на подругу, присела рядом, поинтересовавшись, — Ну, какое «нормально»?

— Просто душно, — упрямо возразила Коташова. — Окна надо открыть.

Если бы проблема решалась вот так просто! Обреченно вздохнув, Маслова, куда-то выйдя на пару минут, вернувшись в комнату, остановившись напротив подруги, вслух заметила:

— Рит, окна во всех комнатах открыты, — значит, ходила проверять, — констатировала про себя Коташова. — И от жары не бледнеют, — продолжала тем временем Маслова. — Тебя, о чем просили несколько часов назад?

А вот это был запрещенный ход. Никогда и никому не позволяла себя шантажировать. Да и кто просил… Кто просил… Человек просил. Тот самый, относительно которого буквально на днях принимала судьбоносное решение. Для самой себя.

— Если температура будет — да, — согласилась она, не собираясь отрицать очевидного. — А так…

Вот где находилась Маслова во время её общения с Константиновым, когда вышли к машине, понять никак не могла. Но та, судя по всему, слышала практически весь их разговор. По крайней мере, информацией владела, что говорится в полном объёме.

— Градусник бери, — на свою беду градусник Рита сегодня выложила на прикроватный столик. Непредусмотрительно, учитывая присутствие сегодня в квартире Ксюхи. — Ри-ит… — повторила та настойчиво, достав термометр из футляра.

— Ну, хорошо, давай свой градусник… — уступила Коташова, забирая градусник и сама забираясь под одеяло, хотя холода и не ощущалось. Вообще не понимала весь этот кипишь вокруг своей персоны. Ладно бы, действительно было плохо.

— Рит, ну, в самом деле, что за упрямство? — оставлять её Масловабез присмотра по всей видимости не собиралась, хотя вряд ли сама не хотела спать. — Скорая…

— Я, что, старуха столетняя, чтобы скорые ко мне неслись, — проворчала Ритка, вновь прислушиваясь к сердцебиению.

Вот оно ей, действительно, не очень нравилось. А всё остальное вроде было в норме. Во всяком случае — не лихорадило.

— Ты со своим отношением к здоровью и до пятидесяти не дотянешь, — с плохо скрываемым раздражением обронила Ксюха. — Мне твоему кавалеру как потом объяснять, если сегодня у меня тут концы отдашь? Он и так на меня косо посматривает, не нравлюсь я ему.

Непонятное отторжение почувствовала еще в первые минуты встречи, до официального представления друг другу.

— А ты улыбнись, — предложила Ритка, вытягиваясь на постели, добавив, — Он любит улыбчивых. Общий язык и найдете. Может Юрку своего хоть бросишь.

Всю дорогу до дома Коташова мастерски выводила Маслову из себя. По замыслу, та должна была в лучшем случае довести её до дома и отправиться восвояси. Вместо этого подруга, припарковав машину под окнами Риткиной квартиры, осталась ночевать. И сейчас тоже не поддавалась на провокации. А должна бы была…

— Совсем спятила, — проворчала Ксюха, забирая у Коташовой градусник. — Вроде человек взрослый, а бред несешь… — и тут по-настоящему испугалась. То, что показывала шкала градусника, способно было не только в шок привести… — Не удивительно… — медленно проговорила она.