Онлайн книга «Шаг до любви»
|
— Зевак всегда много, — улыбнувшись, заверил Алексей. — Но одно дело, смотреть на весь процесс из толпы за контрольной лентой. И совсем другое — рядом со съемочной группой. Так что? — Нас точно оттуда… — голос Риты зазвучал с тенью неуверенности. — Не попрут, — заверил Константинов, намеренно использовав просторечное словцо. — Так что — едем? Оставлять её сейчас одну не собирался. В голове непонятно какие мысли. Что надумает к утру — неизвестно. Получить ещё одну проблему не хотелось… А уж какие метаморфозы порой способна совершить женская логика, отлично знал. Совместно же проведенное время давало шанс избежать глобальных катаклизмов… 2 Москва. Впервые Рита видела процесс съемки, что говорится, изнутри. Работа велась «на натуре», практически без декораций. Практически, потому что, кое где, были видны творения рук человеческих. Оставаясь в непонятном для Константинова напряжении, те не менее позволила помочь выйти из машины. А вот даже от легкого, ничего незначащего, объятия сам благоразумно решил воздержаться. Что-то подсказывало, что в настоящий момент времени лучше не рисковать… — Так это вы нарушительница съемочного процесса? — к ним приблизился мужчина достаточно возрастной и слишком грузный. И Коташовой показалось, что именно грузность делает его зрительно старше. С легким прищуром окинул внимательным взглядом. Её, без сомнения, оценивали. Но это была другая «оценка»,без пошлости и многозначительности. — Семеныч, тихо, — здороваясь с мужчиной, не пряча улыбки, попросил Константинов. — В каком смысле? — практически тотчас напомнила о своем присутствии Рита. Сегодня слушала максимально внимательно. А ему, Константинову, очень хотелось избежать новых проблем и объяснений. — Ну, я же сказал… — Алексей с беспокойством посмотрел на свою спутницу. — А что — сказал, как есть, — без какой-либо злости или иного недовольства заметил встретивший их «боровичок». — Из-за тебя ведь на четыре дня перенесли основные сюжеты. — Значит, снова я… — констатировала неутешительный факт Коташова. — Э, нет, не снова — а только, — Семёныч, совершенно неожиданно, широко и вполне дружелюбно улыбнулся. — Он с осени прошлого года у нас тут, на площадке, куролесит. Так понимаю, запали вы ему в душу… — Семёныч!.. — Константинов, кажется, сам оказался в растерянности от разоткровенничавшегося коллеги. Хотя в его тоне не услышала ни раздражения, ни злости. Скорее — недоумение с тенью удивления. — Что ты заладил: Семёныч, Семёныч, — перебил тот Константинова. — Иди лучше своей даме кофе принеси. Или чаю, там есть сибирский взвар. Не магазинный, натуральный. — Я никуда не денусь, — заверила Рита, перехватив обеспокоенный взгляд своего спутника. По всей видимости, выглядела как-то не совсем адекватно, если взрослый человек считает, что может куда-то сорваться в совершенно чужом мегаполисе. — Да, Константинов себе не изменяет, — констатировал очевидное Семеныч, с которым её оставили в одиночестве. — Вы — Рита, — продолжал тот. — Представлюсь сам: Виктор Семёнович Арциховский. Режиссер-постановщик и ангел-хранитель вашего товарища. Простите за нескромный вопрос: у вас с ним что-то серьезное или так… Что сейчас должна была ответить? Да, что угодно, только не то, что затем прозвучало. Причем, неожиданно даже для самой Ритки. И какой только черт в нее в тот момент вселился: |