Книга Когда растает льдинка, страница 15 – Дарья Федотова

— Ты хотела мне что-то сказать в больнице.

И хочу!

— Я уже не помню.

— Уверена? — он притянул меня еще ближе. Господи, он как будто все знает и играет со мной.

— Что ты делаешь?

— Пытаюсь узнать, что творится в твоей голове. И сделать это можно только так.

Он убрал прядь волос мне за ухо и скользнул рукой дальше по волосам, вдоль шеи… Я наклонила голову и в арке встретилась взглядом с Тимом. Увидев мои испуганные глаза, он тут же скрылся за углом. Черт! Я вырвалась из цепких, холодных рук.

— Не трогай меня. Ты любишь Злату и уезжаешь с ней в Москву. Зачем ты играешь со мной?

— Я не…

— Сам знаешь, как ты важен для меня. А вот этими прикосновениями, взглядами, что ты пытаешься добиться? Тебе надоела наша дружба? Стало скучно и ты решил повеселиться перед отъездом?

— Не ожидал, что ты будешь обо мне такого мнения. Может, мне и не подходить к тебе больше?

— Может быть так будет лучше.

Я с силой оттолкнула его от себя и помчалась следом за Тимом.

Люди толпились даже на улице. Одни курили, другие вышли с напитками составить компанию первым, а третьи просто хотели быть частью вечеринки. И только в конце улицы одиноко стоял Тим. Я направилась к нему настолько быстро, насколько позволяли сугробы.

— Знаешь, что я сейчас скажу? — крикнула я, пробираясь поближе к нему.

— Что я все не так понял, — усмехнулся он, затягиваясь сигаретой.

— Именно. Что бы ты там не увидел, это иллюзия.

— Ага, вашей дружбы.

— Что?

— Ты любишь его, Вика.

— Это неправда, — выпалила я на одном дыхании, обдав собеседника паром.

— И ты краснеешь, когда врешь.

Я машинально коснулась разгоряченных щек.

— Это от мороза.

Тим выбросил сигарету и сделал выпад, очутившись в считанных сантиметрах от меня. Я не дрогнула. Близость не вызывала того трепета, что была рядом с Антоном. Скорее мне было неловко.

— Тогда докажи.

— Как?

Он приблизился, и его губы опустились на мои. В нос тут же ударил запах сигарет с примесью виски. Он целовал настойчиво, и я поддалась. Он крепко прижимал меня к себе и жадно впивался в губы, оставляя привкус табака. Его пальцы скользили по моим волосам, а затем остановились на лице, охлаждая горячие щеки. Спустя несколько секунд он отстранился и замер возле моих губ.

— Вот видишь, ты ничего не чувствуешь, — прошептал он.

— С чего ты взял?

— Поцелуи не врут.

Тим сделал шаг назад, увеличивая между нами расстояние, причем не только физическое.

— Прости, — сказала первое, что пришло в голову. — Я не знала и не хотела этого. Но когда Антон стал двигаться дальше, планировать будущее, мне стало больно. И я запуталась.

Он достал еще одну сигарету, прикурил, предложил мне. Я отрицательно покачала головой. Захотелось быть честной с ним во всем.

— Наши встречи были самыми настоящими. Я, наконец, начала смеяться, и с тобой было очень легко и весело.

— Мне тоже. Мы бы подружились, но, кажется, ты в этом не сильна.

Вырвался легкий смешок, а затем тут же накрыла грусть.

— Надеюсь, ты выкрутишься, — он поцеловал меня в щеку на прощание и ушел в снежную ночь, оставив меня совсем одну.

Так одиноко я еще никогда себя не чувствовала. Ни друга, ни любви, ни опоры. Только я и непроглядная тьма.

Я решила полностью отдаться учебе, но и там чувства оказалисьне обоюдными. Промежуточные и итоговые работы применяли самые жестокие удушающие приемы, а я никак не могла противостоять им. В университете меня поджидали испытания, а дома — пустая и темная комната. Бессонные ночи, кипы тетрадей, часы на дополнительных занятиях — все без толку. Я угасала, крошилась и рассыпалась. И как бы не старалась это скрыть, мама все видела.