Книга Начать сначала, страница 24 – Аля Тафи

Лес зашумел ветками, расступаясь, и перед ними показалась достаточно широкая дорога, как раз для того, чтобы проехать на телеге.

— Вот так да! — восхищённо цокнул Борис и, сняв с головы шапку, низко поклонился. — Спасибо.

Буквально через несколько минут дороги показался дом. Лада спустила с рук нетерпеливо скачущего бельчонка и помогла выгрузить телегу.

— Ох, сколько всего мне надавали-то! — изумлённо застыла она, разглядывая все товары, что выгрузил Борис.

— Заслужила, — коротко ответил он и, напоив лошадь, собрался домой.

— Спасибо тебе, Борис, — смущённо улыбнулась ему Лада. — Ты мне и вправду помог.

Борис широко улыбнулся ей.

— Ты, Ведьма, молодая ещё. Ничего, всё придёт со временем. Не думай просто громко. Ты когда думаешь много, не видишь ничего. Как с дорогой получается. Ехали-ехали, а куда, не понятно.

Лада снова улыбнулась ему с благодарностью.

— Я буду помнить об этом.

Он уже сел на телегу и тронулся, как вдруг затормозил и чуть смущённо спросил.

— Ты, Ведьма, там случаем сына моего не просмотрела? Девки— это хорошо, но и сыночка хочется.

Лада, закусив губу, посмотрела на него и, улыбнувшись, кивнула.

— Просмотрела, Борис. Последыш. Младшенький. Ты только верь, хорошо?

Счастливая улыбка озарила его лицо, собирая лучики морщин, и подозрительно блеснули глаза, но он лишь поднял руку на прощание и, взяв вожжи в руки, тронулся.

— Помоги ему короткой дорогой доехать, — тихо попросила Лада Лес, смотря в спину Борису. — И пусть берегут его Боги.

* * *

Известно, в мире всё лишь суета сует:

Будь весел, не горюй, стоит на этом свет.

Что было, то прошло, что будет — неизвестно,

Так не тужи о том, чего сегодня нет.

— Ох, вы мои бедные! — Лада покачала головой и вынесла курочек на крыльцо. — Рябушка, иди скорее сюда, я тебе подружек принесла.

Маленькая рябая курочка тут же подбежала к крыльцу.

— Вот, знакомьтесь. Ты им всё покажи, но далеко не ходите! Возле дома безопасно вам, — оставив курочек на улице, Лада вернулась к вещам.

Когда она увидела мешок муки, небольшой, на пять килограммов примерно, но всё же, то едва не завизжала от радости.

Мука! Да, не белая как из магазина и достаточно грубого помола, но мука!

«Это же и блинчики, и оладушки, и лепёшки и вообще много чего!», — загибала она восторженно пальчики, убирая муку в специальный короб. А кусок сала? Большой кусок солёного сала! Это же вообще прелесть!

— На нём жарить же можно, и так есть! С хлебушком… — с восторгом разглядывала она подношение.

Люди в городе были щедры к ней. Настолько, что сидя на полу возле большой кучи разного добра, она до конца не верила в это.

— Я же не сделала ничего такого! Это несправедливо! Как-то даже не правильно, что ли! — выдохнула она.

— Ты человекам надежду дала, — прошелестело рядом. — Это даже больше чем что-то. Люди, почти потерявшие надежду, медленно угасают.

— Надежда умирает последней… — Лада задумчиво кивнула.

— Да, без надежды человеки не могут жить. Поэтому они готовы отдать тебе всё, что имеют, ради надежды.

— И всё равно я чувствую себя немного странно, — пробормотала Лада. — Мне хочется дать им ещё больше. Только вот что?

— Дашь, Лада. Всё будет, не торопись… — снова прошелестело рядом успокаивающе.

— Ну да, в самом деле, что-то я раскисла снова, — Лада встрепенулась и снова стала разбирать вещи.