Книга Выбор, страница 36 – Аля Тафи

Ей действительно, грех жаловаться на судьбу. У неё было все, что нужно человеку для счастья. Велена, Роззи, Анна с сыновьями, Франческа и Матео, Жан, Лучия и Антонио.

На кухню, она взяла трех женщин. Спокойных, расторопных, чистоплотных. Они прекрасно справляются с обязанностями, позволив им немного выдохнуть.

Их гостиница, была полна посетителей, а обеденный зал не пустовал даже поздним вечером, хотя она, категорически запретила продавать алкоголь после десяти вечера.

Чудесный голос Антонио, под аккомпанемент инструмента, похожего на гитару, разливался вечерами, наполняя сердце радостью.

Что бы его не узнали, Алисия, придумала специальный, сценический образ.

Антонио упирался, возмущаясь- Я не буду петь перед всеми!

— Но, Антонио! Это преступление,скрывать такой голос от людей!

— Но я не могу к ним выйти! — Антонио замотал головой.

— Подожди… Ты стесняешься? А если… если я придумаю так, что тебя даже Лучия не узнает, ты выйдешь?

— Это не возможно!

— А если? — она хитро улыбнулась.

— Если сделаешь так, то выйду. — буркнул он.

Так, у них появился таинственный певец, Анжело. Тёмный ангел.

Возле одного из выходов в зал, она устроила небольшую сцену. Все как положено. Занавес, подиум…

Заказала ему чёрный костюм. Рубашка, штаны, плащ и шляпа. На лице повязка, скрывающая пол лица.

— Тебя вообще никто не узнает. Имя даже другое будет. Пой! — она стояла уперев руки в бока.

Антонио с сомнением оглядел себя и неуверенно кивнул.

— Хорошо… можно попробовать.

— Нужно! Сегодня и выйдешь на сцену.

Вечером, когда зал был полон людей, раздались первые аккорды, заставившие смолкнуть шум.

Сашка открыл занавес и Антонио запел. Перебирая струны, он пел о море, о любви, о прекрасных мечтах. Пел так, что замирало сердце.

Десятки глаз, забыв о своих проблемах, переживаниях и сомнениях слушали его, погружаясь в мечты.

Когда Антонио замолк и занавес закрылся, раздались восторженные крики.

Алисия довольно улыбалась. У них получилось. Антонио выплеснул свой дар, а значит это, пойдёт ему на пользу.

Вернувшись в комнату, она нашла возле дверей, Лучию.

Увидев её, Лучия упала на колени и пыталась поцеловать подол её платья.

— Лучия! Прекрати! Ты что?? — она испуганно отскочила от неё.

— Месса! Месса Алисия! Вас послали сами боги! Как мне благодарить вас? Как?

Она плакала, прижимая к груди руки. — Я не чаяла видеть его счастливым. Месса Алисия… — она всхлипывая, подняла на неё свои глаза.

Алисия опустилась рядом с ней на колени. — Тише, Лучия, тише. Твоя искренность и есть награда.

Она словно баюкала её, в своих объятьях, прекрасно понимая причину слез. Когда живёшь борьбой, без всякой надежды на улучшение, очень тяжело поверить в чудо. И боль, так долго хранимая, выплёскивается слезами. Потоками слез.

Наконец, успокоившись, Лучия, низко поклонилась ей и вышла.

С этого дня, Антонио, а если правильно, Анжело, пел у них, два раза в неделю, по вечерам. Пел так, что к ним, задолго до его выступления, начинал стекаться народ, занимая все пространство улицы.

Лоренцоудвоил их охрану, ворча, что Алисия слишком привлекает внимание к гостинице.

— Но ведь внимание тоже хорошо. Он его наоборот, на себя отвлекает.

— Привлекает, отвлекает… — Лоренцо привычно ворчал, но за его недовольством, она отчетливо чувствовала беспокойство. Настоящее беспокойство, от которого приятное тепло разливаясь, согревало сердце.