Книга Слабое звено Академии Драконов, страница 14 – Оксана Гринберга

— Похоже, я сам тебя в ней закопаю! — рявкнул Киран.

Братья повернулись и пожали плечами. Словно то, что капитан на мне сорвался, было само собой разумеющимся.

— Вчера вечером Арден Дарион принес мне зачарованные цветы, — немного подумав, призналась я. — А потом подошел в столовой и спросил, насколько сильно мне понравился его подарок.

Как же приятно наблюдать за сменой выражения лица капитана!

— А ты случайно не врешь, слабое звено?

— Нет, я не вру, высокомерный дракон! — сообщила ему в ответ. — Что же касается лорда Дариона, то я сказала, что была в полном восторге от такого подарка. Нечасто удается повторить нейтрализацию чар четвертой степени еще до начала учебного года. Ведь обычно летом я занимаюсь совсем другим.

— Чем именно? — тотчас поинтересовался капитан.

— Ничем, —пожала плечами. — Моя жизнь тебя не касается, Киран Велгард! Как твоя — меня.

Он склонил голову.

— Согласен, не касается. Значит, зачарованный букет. Зачем?

— Не знаю. Спроси у Дариона.

— Спрошу, — согласился он. — А теперь скажи мне, что именно ты сделала…

— С цветами Дариона?

— Нет, с моим порталом.

Пожала плечами.

— То, что обычно делаю с порталами высокомерных драконов, когда они не прикрывают свой уход из стана врага.

На лице капитана заиграли желваки.

— А можно без колкостей? Просто ответь на мой вопрос.

— Можно ответить и без колкостей, — согласилась я. — Но сперва тебе придется это заслужить. Для начала перестань называть меня «человечкой» и «слабым звеном».

— Это еще почему?

— Потому что «человечка» для жителей Аллирии звучит унизительно. Что касается «слабого звена», это ты оставил портальное заклинание как на ладони, не позаботившись о своей защите. И все, что мне оставалось сделать, — это...

— Ты ничего не могла сделать, — возразил мне Киран. — Потому что это как минимум шестая, а то и седьмая степень, поддающаяся только тем, кто изучает Высшую Магию. Причем драконью, не людскую, которая намного слабее нашей. Только не говори мне…

— Хорошо, не буду.

И замолчала.

— То есть не скажешь? — через какое-то время поинтересовался он.

Мы как раз дошли до дверей аудитории, где стали появляться и остальные наши однокурсники. Смотрели на меня недоуменно, а затем принялись кидать на Кирана сочувствующие взгляды.

Жалели и его, и его четверку.

— Здесь не хватает только лопат, священнослужителя для отпеваний и могильного камня, — пробормотала я. — Кажется, и вашу четверку, и ваше место в турнире все уже похоронили.

— Если что, это и твоя четверка! — процедил Киран. — И твое место в турнире. Не забывай об этом, человечка!

На это я хотела сказать, что он сам выбрал путь колкостей, но тут дверь в аудиторию распахнулась, и нас всех позвали внутрь.

Заодно я отвлеклась от спора с капитаном и принялась рассматривать своих однокурсников.

Получалось, их было двадцать три — то есть если со мной, то вместе нас оказалось двадцать четыре. А сосчитать вышло довольно просто: все держались четверками, и их было ровно шесть.

Рядом с Арденом Дарионом, который не спускал с меня глаз, стояли еще двое парней иодна манерная золотоволосая девица в синем платье, то и дело глядевшая на капитана, а затем — с недоумением — на меня.

Наверное, увидела, как он подходил ко мне в столовой, а теперь рассматривал у входа в аудиторию, и не могла понять причины его интереса.