Книга В одном шаге от любви, страница 37 – Яна Роза

Катя раздраженно провела рукой по шее.

– Тебе знакомо понятие личного пространства?

Стас вооружился листком бумаги и карандашом.

– Между нами?

– Да, – Катя сглотнула, – оно должно быть у всех.

– Ага, – как будто не услышал её Стас.

Он смотрел на неё, потом чиркал на листке и снова смотрел. Столь пристальное внимание заставляло чувствовать неудобство. Вроде прыщей не было, да и пушистыми усиками она не страдала, но всё равно ощущения были странные.

Казалось, Стас полностью поглощен процессом. Он пробовал карандаши разных диаметров, некоторые закладывал себе за ухо и становился действительно похож на художника.

– Стас, а ты был влюблён?

Катя не знала, зачем спросила. Подумала, а выдала вслух.

– Подобным недугом страдали все, – Стас улыбнулся, – и я не исключение.

– И кого ты любил?

Он отложил альбомный лист, специально перевернув его, чтобы она не увидела набросок.

– Боюсь, ревновать тебе не придётся, потому что по-настоящему я люблю только тебя.

Катя шумно выдохнула.

– Не сейчас…в школе… Ты любил кого-нибудь в школе?

– Любил, – без запинки признался Стас.

– И…

– Что «и»?

– Ну, у вас были отношения?

Лютный хохотнул и глубоко вздохнул.

– Ты этот допрос устраиваешь, чтобы знать на будущее мои больные точки?

Катя отрицательно мотнула головой, а Стас прищурился, словно мог разглядеть нужный ему ответ.

– У меня не было никаких отношений в школе, – ответил он.

И Катя поняла свою ошибку. У них и правда не было никаких отношений. А любовь скорее существовала с приставкой «не».

– Тогда был ли тот, кого ты сильно ненавидел?

– Проще сказать, кого не ненавидел, – уклончиво ответил Стас.

Катю это не устраивало. У Лютного будто память избирательно только на неё отшибло. Он столько её рисовал, неужели не видел разницы?

– Дай посмотреть, – она протянула руку, чтобы взять листок.

Но Стас отодвинул его ещё дальше.

– Потом, это просто набросок.

Но Кате хотелось увидеть. Мало ли, вдруг там не ее лицо, и тогда Лютному нужны не разговоры и воспоминания, а тяжелые препараты.

Катя сделал резкий выпад, совсем не обратив внимания, как упала на Стаса. Схватила не слишком охраняемый листок и развернула к себе.

Это была она.

Может, слишком приукрашена, или у неё на самом деле такие большие глаза и длинная шея. Набросок был черновой и немного грязный, но столь анатомически правильные и художественные линии она видела только в галереях.

Значит, Лютный видит её. Её, а не жену.

– Нравится?

И в это мгновение Катя поняла, что стоит между его ног, а Стас держит ладони на её бёдрах.

Она отпрянула, продолжая держать набросок в руках. Отступила на шаг, а Стас так и остался сидеть на стуле. Да и правильно, куда она от него тут денется.

Катя посмотрела на его лицо.

Может ли быть так, что он притворяется? И как это понять?

– Очень красиво, – отозвалась Катя, – но разве это я?

– А кто? – Стас удивленно приподнял брови.

– Не знаю… твоя одноклассница Синицына Катя?

– Думаешь? – Лютный даже в лице не изменился. – Я её лет сто не видел.

– Но ты же сказал, что её не помнишь.

– Я её не помню и давно не видел. А ты встречалась с ней?

Это напоминало идиотскую игру, и дурой ощущала себя именно Катя.

– Я нет, я… Лютный, ты меня за нос водишь?

Стас наигранно оскорбился, вертясь на своем стулеиз стороны в сторону. Он действительно играл с ней. А потом вдруг поднялся, прижался, держа руки целомудренно на её талии, но явно, начни она сопротивляться, мог зайти и дальше.