Книга В одном шаге от любви, страница 33 – Яна Роза

– Рада, что с возрастом вы образумились.

С этими словами Катя развернулась и пошла дальше быстрым шагом.

– Кать, ну постой… Послушай, удели всего пару минут и больше мы тебя не побеспокоим. Нужно, чтобы ты знала правду.

Катя грустно усмехнулась, но о настойчивости своих преследователей она знала не понаслышке.

– Всего пару минут? – уточнила она.

– Будет достаточно, – уверенно закивал Вадим, доставая мобильник, – тем более через четверть часа мне Натку и Даню вести на реабилитацию. Если хоть на минуту опоздаю, на диету посадят против воли.

Вадим так просто говорил о посторонних ей людях, будто Катя их знала и доверяла им. Естественно, ни в какую машину Соколова она не села, они зашли в больничный кафетерий.

Катя здесь ничего не покупала: и кофе, и еда тут были отвратные. В чем и Соколов убедился, заказав себе быстрорастворимый, но, сделав один глоток, поморщился, отодвинул стаканчикподальше.

– И что я должна знать о Лютном? – поторопила его Катя.

Ей хотелось побыстрее закончить встречу. Брякнул телефон, но она даже не посмотрела, и так знала, от кого пришло сообщение.

– Стас жуткий озабоченный придурок.

– Как будто это новость, – вздохнула Катя, устало отводя взгляд.

– Но ты кое-что о нем не знаешь. Он тебя ещё в школе любил.

На мгновение Катя застыла, а потом рассмеялась.

– Что?

Соколов развел руками. В этот момент к их столику подошел парень. Этого она узнала. Он остался низкого роста, а вот мышцы подкачал конкретно – Евгений Жильцов или Жека в школьные годы. Соколов крепко пожал его ладонь, и Жека сел рядом.

– Привет, привет, – его голос стал грубее и ниже, – ты, Синицына, не изменилась.

Он криво улыбнулся, втянул воздух сломанным носом. Перекачанную бычью шею украшала тяжелая золотая цепь, невольно цепляющая взгляд.

Катя не выразила никаких эмоций, но видела, как бывшие одноклассники её рассматривают. Для полноты картины не хватает Лютного, чтобы все было прямо как в их прошлом.

– Я тут про Стаса рассказываю, тайны его раскрываю, – весело сообщил приятелю Вадим.

– А-а, – протянул Жильцов, – про любовь его.

– Что за глупость? – Катю это начало раздражать. – Отрезание волос, буллинг, жажда крови – это, по-вашему, любовь? А я-то глупая не догадывалась.

– Ну, может, во всём мы виноваты.

Оба переглянулись.

– Где Кир? Ты ему звонил? – спросил Соколов.

– Бухает уже которую неделю, – кисло ответил приятель, – телефон не берет.

– И что с этим козлом? – задумчиво произнёс Вадим и продолжил: – В общем, в то время мы были без башки, и не спорю, сволочи ещё те.

– Да, – хохотнул Женя, и Катю передёрнуло.

– Стас, он сам не понял, что влюбился в тебя, а мы, хочешь завистью называй, хочешь дебилизмом, его высмеивали, масло в огонь подливали, типа нашел в кого. Мы сначала были уверены, что он прикалывается, ну подумаешь, за сиськи пару раз пожамкает и успокоится. А он нет. Наши подколы становились для него всё больнее, и, наверное, мы сами монстра разбудили. Я даже не помню, кто пустил слух, что ты с каким-то чеченцем шуры-муры крутишь, а однажды он сам увидел и что-то в нём хакнулось. Ну нам насрать было, по приколу всё…

Катя даже рот открыла. Она с чеченцем?

А потом вспомнила РахимаАдамовича. Он действительно был чеченцем, только, наверное, самым честным семьянином, которого она знала. У него было четверо детей, а её он в школу подвозил, поскольку по дороге было. Мужчина он был заметный, но верный своей Фариде. И никаких намеков в свою адрес Катя никогда не слышала и ничего подозрительного в его поведении не замечала.