Книга Одинокие сердца, страница 66 – Яна Роза

— Я…

— Она жена, я его мать, — опередила её Ираида Беркутовна, встав позади. — Что-то случилось?

Молодой полисмен с совершенно нечитаемыми эмоциями произнес, словно зачитал криминальную сводку новостей:

— Произошла перестрелка, несколько человек убито, нам необходимо проверить рабочее место Константина Догова. Вот ор…

Он не договорил. Ираида Беркутовна рухнула на пол, Полина и сама не могла понять, что происходит, что продолжает держать её на ногах. Она и слышала, и в то же время была глуха.

— Офицер, — хрипло позвала Полина, — помогите…

В этот раз всё было совершенно иначе.

В этот раз всё было абсолютно серьёзно.

В больнице их не пускали дальше приемного покоя. Ираида Беркутовна истерично орала на медперсонал, сиделка пыталась её успокоить, а Полина добела сжимала пальцы в кулаки, чувствуя, как болят глаза то ли от яркого света ламп, то ли от слез.

В конце концов появился дежурный доктор, который и определил их участь, где им предстоит увидеть Костю: в морге или всё-таки на койке в больничной палате.

— Сейчас пациент в реанимации, ему провели операцию по извлечению пули, к нему нельзя. Медсестра, ее зовут Катерина, даст вам номер телефона, звоните и спрашивайте о состоянии его здоровья.

Доктор не пытался успокоить, он выдал с профессиональной отстраненностью имеющуюся у него информацию.

Информацию, за которую Полина с Ираидой Беркутовной зацепились и которая заставляла их сердца дрожать от ожидания неизвестности. Всё продолжало висеть на волоске, и это ещё больше усугубляло беспокойство.

— Могу я вам задать несколько вопросов? — подошел к ним полицейский, который привез их в больницу.

После ухода врача Полина продолжала сидеть на неудобной скамейке с твёрдыми пластиковыми сиденьями и теперь не понимала, чего от неё хотят.

— Я вряд ли могу вам что-то рассказать, — устало ответила она, — мы с Костей некоторое время не общались.

— И всё же…

«…сегодня в результате нападения погибли мэр города Петр Горовой и трое его охранников. Двое остальных доставлены в больницу и находятся в реанимации в тяжёлом состоянии. По словам очевидцев, Горовой со спутницей ужинали в ресторане «Рассвет», куда ворвались люди из криминальной группировки Геворга Шафа, известного под кличкой Лысый, и открыли огонь… Возникла перестрелка… Детали дела уточняются… ведётся расследование…»

Полина отвела затуманенный взгляд от висевшей на стене плазмы, где транслировали репортаж с места событий: показали оборванные занавески, перевернутые столы, осколки, следы от пуль, кровь и мельком лежащие на полу тела. В голове шумел колокол, а полицейский, видя её состояние, ушёл, предупредив, что позвонит позже. Руки дрожали.

Действительно, всё случилось быстро: из огня да в полымя.

Полина посмотрела на Ираиду Беркутовну, сидящую на другом конце скамейки через четыре сиденья отнеё, которая тоже смотрела репортаж с явным недоверием и страхом. Полина поднялась, ощущая тянущую боль в пояснице и напряжение в животе. Она погладила его, ничего не говоря малышу, поскольку сама не могла успокоиться.

Подошла к бывшей свекрови и села рядом.

— Не знаю… — начала она так тихо, что вряд ли пожилая женщина её услышала, — я надеюсь, всё будет хорошо.

Полина не получила ответа или какой-то реакции на свои слова, но вдруг ощутила, как холодные пальцы свекрови скользят по её руке и ложатся на кисть. Они сжали ладони, но друг на друга даже не смотрели, однако в этом не было нужды.