Книга Человек человеку волк, страница 20 – Яна Роза

— Я перегрызу ему глотку, если он коснётся меня, — прохрипела Елена.

— Этого не случится, — процедил Маквульф и вышел из кабинета, хлопнув дверью.

Год — не так уж и много, триста шестьдесят пять дней всего-то…

Кайл был в бешенстве. Он знал, что наказание было только для него. Предназначалось именно ему.

И самое ужасное: возразить не мог.

Мистер Дешвуд встретил его в вестибюле, когда собирался покидать здание. Он говорил по телефону, и судя по официальному тону, с отцом.

— …да, он сейчас здесь, хотите поговорить с ним?

Маквульф скрипнул зубами, когда адвокат передал ему трубку. Быстро облизнув засохшую на губах корочку, образовавшуюся после удара омеги, он ответил:

— Да?

— Я не доволен, Кайл.

Черт возьми, это ощущалось даже на расстоянии. Невольно у Кайла холодок пробежал по спине. Пока отец был главным, вожаком, и это заставляло слушаться.

— Я понимаю, — согласился он, — но можно как-нибудь без Джеферсон, отец?

— Ты же знаешь, что нет, — отец не говорил, он приказывал, хотя тон не менялся, — это твоя ответственность, ты должен доказать, что можешь с ней справиться.

— Она омега, черт возьми! — тихо прорычал Кайл. — Кто устоит перед омегой?

— Ты.

Сказал, как пулей выстрелил в висок, Кайл даже потёр его.

Потом он услышал вздох. Рядом с отцом наверняка мама, которая старается его успокоить.

— Не исключена вероятность, что омега беременна, поэтому ты обязан привести её сюда. В стаю.

Маквульф возвёл глаза к небу. Он уже не раз проклял тот день, когда решил подменить таблетки. Тогда он был явно не в себе. Все его несчастья только по одной причине — он идиот.

— Хорошо.

Это всё, что Кайл мог сделать.

— Машина приедет вечером, соберите вещи, — произнес Дешвуд тоном доктора, от которого становилось только хреновей.

Кайл понимал, что всю кашу заварил сам и черпать придётся непомерно большими ложками.

Интересно, что скажет Дориан, когда он приведёт омегу в дом? Конечно, при Джеферсон старший брат ничего не скажет, но потом… Кайл уже слышал в ушах его гогот. У Дориана к нему не было никакого снисхождения, хотя и Лиса брату никогда не нравилась. Он говорил, что та напоминала ему настоящую лисицу: лицо с узкими глазами, веснушки, рыжая шевелюра, и смотрела бета всегда так, будто приценивалась, с какой стороны ухватить.

Кайл вздохнул. Он о своей невесте вообще не думал. Никогда. Не сказать что ему было совсем положить на еёчувства, но он воспринимал их союз как выгодное заключение договора на будущее. И всё.

Лиса станет его женой, родит сильных детей, вот и всё её предназначение. И не было там места ни одной течной омеге, с тугой киской и визжащей на его члене сучке.

В очередной раз вспомнив об этом, Маквульф чертыхнулся. Елена непрошено лезла в его голову, даже когда он хотел её придушить. И как ему целый год продержаться?

В комнате Кайл понял, что вещей у него было немного, в основном книги, которые полагалось сдать в библиотеку. Оставалась лишь корзина с грязным бельём — доказательство их сумасшествия. От неё веяло случкой так, что у альфы засвербело в носу. Невнятно выругавшись, он взял мусорный мешок и сгрёб в него содержимое корзины. Стирать уже точно никто не будет.

Что-то посыпалось мимо, и Маквульф начал закидывать упавшее обратно в пластиковый мешок, пока в руки не угодила маленькая и приятная на ощупь ткань — трусики. Он застыл на мгновение, помусолив их в руках. Белые, не кружевные, они казались почти прозрачными, и у Кайла во рту пересохло от одной мысли, что они были на теле омеги. Ткань всё ещё хранила её запах.