Книга Амуртэя. Эпос любовных происшествий, страница 60 – Инна Федералова

— Располагайся удобнее, сейчас увидишь занимательное кино, — объявил он, размахнулся и бросил кристалл в вязкую гладь жидкого зеркала, один из инструментов моих наблюдений.

Зеркало вздрогнуло, словно ему не нравилось подобное обращение, и по поверхности пошла рябь, превращаясь в… ну, в нечто, напоминающее экран кинотеатра.

— Что? Не хочу кино, — попытался я возразить, но было поздно.

— Ой, не бубни, бабка, — отмахнулся Вееро, наливая водку в емкость размером с половину пузыря. Откуда он ее взял, тот еще фокус, достойный отдельного внимания. — Сел и смотришь, ясно тебе? Вот, на, опрокинь рюмашечку.

Он услужливо подвинул ко мне «рюмашечку», а остатки водки принялся пить из горла.

Я вздохнул:

— Ну что ж, если это не поднимет мне настроение, то хотя бы отключит от насилия над моими нервами, чем ты сейчас и занимаешься.

Тем временем поверхность жидкого зеркала перестала колыхаться и появилось первое изображение с самым высоким разрешением. В них я увидел Аскар и Вееро. Они непринужденно болтали у нее на кухне.

Вееро: Мне неловко советовать тебе подобное. Но вынужден. В общем, ты отсоси у Сонни хорошенько. Он об этом только мечтает. А Риска… она считает, что выше подобных ласк.

От слов Вееро Аскар покраснела. Сам я изумленно захлопал глазами, не в силах поверить увиденному, и сейчас испытывал странные ощущения, покосившись на друга.

Вееро потребовал показать, как бы она ласкала мой член, когда до этого дойдет. Из подручных предметов прекрасно подходил банан, оставшийся у него, как я полагаю, после витаминного перекуса. Аскар попробовала. Часть банана сломалась пополам.

Вееро: Будь нежнее, ты что, голодная такая? — тогда прыснул он и отвалившийся кусок поймал на лету, отправил себе в рот.

Я шлепнул себя по лбу, скользнул рукой вниз и глядя наэто уже сквозь пальцы, не выдержал: обуреваемый душащими воспоминаниями, встал из-за стола, вытянувшись в напряженную струну, с возмущением накинулся на Вееро.

— Так вот почему вы тогда ржали как полоумные, а я ведь приревновал ее к тебе! Вот ты гад!

— Смотри-смотри, — он вскинул рукой, указывая пальцем на происходящее в безупречной глади зеркала. Его плечи дрожали от непонятного мне безудержного смеха.

Я вернул взгляд. Картинка сменилась. Аскар выходила из ванной комнаты. Я лежал в ее постели. Теперь мне пришлось наблюдать за самим собой со стороны.

От увиденного обалдел. Да, я отлично помню те мгновения. На девушке было черное кожаное эротическое белье с воротником и жгутами, стягивающими грудь. Под грудью с каждой стороны обрамляли цепочки в три ряда. Цепочки крепились к ремню, а тот в свою очередь к ошейнику.

— Захотела побыть в роли питомца? — ошалел тогда я.

И я прекрасно помнил, что за этим последовало…

Взгляд потемнел, я лениво склонил голову вбок, пока разглядывал это великолепие. Аскар зачарованно приблизилась ко мне, толкнула на постель, и я податливо лег. После, кошечкой взобралась сверху. Прежде, чем поцеловать, она выдержала долгий взгляд, отмечая мои раскрытые в явном волнении губы, медленно примкнула к ним. Наш поцелуй вышел пылким и страстным.

Мне пришлось наблюдать как собственный член встал, словно каменное изваяние, готовясь к плотским утехам.

В динамичном изображении другой я застонал от одного лишь прикосновения Аскар, когда она принялась расстегивать черную рубашку на груди, попутно оставляя череду коротких поцелуев с языком.