Книга Урожай желаний. Магия хрустальной туфельки, страница 1 – Анна Камнева

Золушка и зола.

В стенах величественной Академии Магии, где воздух пропитан древними заклинаниями и шепотом забытых знаний, живет девушка, чье имя стало синонимом тяжелого труда и несбыточных грез.

Ее зовут Элла, но для всех, от именитых профессоров до юных учеников, она — Золушка.

Ее дни проходят в бесконечной череде обязанностей: полировка серебряных подсвечников, уборка пыльных залов, стирка мантий, пропахших магической пылью.

Каждый уголок Академии знает ее руки, но никто не видит ее души. Элла — прислуга, тень, невидимая часть этого грандиозного мира, где правят магия и привилегии.

Но даже в этой серой рутине, в сердце Золушки живет яркая мечта. Она грезит о празднике.

Ее мечта — о настоящем, искреннем празднике, где она сможет почувствовать себя не служанкой, а кем-то большим. Где ее смех будет звучать свободно, а не приглушенно, как будто она боится потревожить покой этого места.

Иногда, когда она остается одна в пустых коридорах, или когда лунный свет проникает сквозь высокие витражи, Элла чувствует это. Нечто. Нечто, что пульсирует внутри нее, как невидимая нить, связывающая ее с самой сутью магии.

Она ощущает ее присутствие, как легкое покалывание в кончиках пальцев, как внезапное тепло, разливающееся по телу. Но это чувство ускользает, как дым, оставляя лишь смутное недоумение и тоску. Что это за магия? Почему она чувствует ее, но не может понять, не может использовать?

Академия Магии — это не просто здание. Это целый мир, окутанный ореолом величия и тайн. Ее стены хранят истории веков, ее залы наполнены эхом великих открытий и забытых битв. Здесь каждый камень, кажется, дышит магией, а каждый коридор ведет к новым загадкам. Но за этой внешней красотой и мощью скрываются строгие порядки, незыблемые правила, которые держат этот мир в равновесии.

И Элла — Золушка, знает эти правила лучше всех. Она знает, где нельзя ступать, что нельзя трогать, и что никогда нельзя говорить. Она — часть этого мира, но в то же время — чужая. И ее мечта о празднике, о скрытой магии, становится ее единственным, драгоценным секретом в этом величественном, но таком холодном царстве волшебства.

Ее дни, наполненные запахом полироли для дерева и ароматом травяных настоев, казались бесконечными. Утро начиналось с рассветом,когда первые лучи солнца еще только касались шпилей Академии, а Элла уже была на ногах, сжимая в руках щетку и ведро. Она знала каждый скрип половицы в Большом Зале, каждый узор на коврах, каждый пыльный уголок, который требовал ее внимания.

Ученики, облаченные в мантии всех цветов радуги, спешили на занятия, их голоса звенели от возбуждения и предвкушения новых знаний. Они обсуждали заклинания, спорили о свойствах редких ингредиентов, а Элла, проходя мимо, лишь украдкой ловила обрывки их разговоров, словно собирая рассыпанные драгоценные камни.

Иногда, когда она протирала зеркала в библиотеке, где воздух был густым от запаха старой бумаги и мудрости, она видела свое отражение. Бледное лицо, уставшие глаза, руки, загрубевшие от работы. Но в эти моменты, когда она была одна, в глубине ее взгляда мелькало что-то иное — искра надежды, отблеск той самой скрытой магии, которую она чувствовала. Она могла бы поклясться, что иногда, когда она особенно сосредоточена, когда ее сердце бьется в унисон с тихим гулом Академии, пыль вокруг нее словно оживает, танцуя в лучах света, а цветы в горшках на подоконнике поворачиваются к ней своими головками. Это было мимолетно, неуловимо, но это было.