Книга Ведьма с тыквой, страница 3 – Марина Ефиминюк

Честное слово, лучше бы предложил полететь.

— А метлы у вас нет? — вырвалось у меня.

— Практикуете? —От удивления он поднял брови.

— Нет, — печально покачала я головой. — Но готова.

Отчаянно сопротивляясь мысли, что попала в столь ужасную историю, я двинула к выходу. Хозяин дома подвинулся, но напомнил:

— Вы забыли тыкву.

Невольно я обернулась к пузатенькой тыкве, красующейся ярко-оранжевыми боками на маленьком столике. Хорошо, что полосатая ленточка по дороге слетела с коротенького хвостика и потерялась. Бантик выглядел бы совсем нелепо, учитывая обстоятельства.

— Оставьте в подарок, — отмахнулась я и с нервным смешком напомнила: — Все-таки праздник Хэлавина.

— Заберите, — с прохладцей потребовал Роджер. — Подарите своему другу.

Не знаю, почему он относился к символу ведьмовского праздника, как к идейному врагу, но тащить тыкву обратно в столицу я не собиралась.

— Испортится, пока я доберусь до Роджера. Пусть ваш слуга напечет пирогов с тыквой, — посоветовала я и, стараясь держать спину прямо, вышла в тесный, темный холл.

Круглощекий слуга, с любопытством подслушивавший разговор, поспешно уступил мне дорогу. Подхватив чемодан, я выбралась из дома на улицу, озаренную последними лучами закатного солнца. За спиной закрылась дверь.

— Не время унывать! — взбодрила я себя, стараясь проглотить подступающий к горлу горький ком.

Однако вокзале стало ясно, что сегодня — тот самый день для уныния. Полного и безоговорочного. Ночной поезд до столицы отменили, а следующий — ожидали ровнехонько утром после Хэлавина. Я крепко застряла в Хайзертауне и не успевала к своему другу по переписке, даже если бы попыталась добраться перекладными.

— Взбодрись, Фанни! — пробормотала я, покрепче сжимая ручку чемодана. — Зато тыкву с собой больше не таскаешь! Все хорошо!

В единственной маленькой гостинице на площади имени Короля Фридриха-Фердинанда с бронзовым изваянием, собственно, нашего любимого короля, обложенного по случаю праздника огроменными тыквами, стало очевидным, что все очень плохо. Хуже не придумаешь! Свободных комнат не было. Для наглядности худой портье указал на стену с пустыми крючками для ключей.

— Видите, госпожа? Ни одного номера, — вздохнул он. — На праздник в Хайзертаун всегда собирается много народу.

— Даже чуланчика нет? — не теряя надежды, настаивала я.

— Чуланчик имеется, — согласно кивнул портье, — но его снялис утра. Пришлось срочно разбирать весь хлам и ставить раскладушки. Право, кое-что у меня для вас есть!

— Давайте! — обрадовалась я.

— Держите! — Жестом фокусника с самым хитрым он вытащил из-под стойки сложенную карту. — Путеводитель по городу! По нему вы легко найдете трактир «Свиная рулька и четыре кружки». Сходите туда.

— В трактире найдутся комнаты для постоя? — уточнила я, забирая сложенный черно-белый листочек.

— Вряд ли. — Портье покачал головой. — Но там можно вкусно поужинать свиной рулькой и тыквой, запеченной в меду.

Перед мысленным взором встала безрадостная картина, как холодной октябрьской ночью, прикрытая разложенным путеводителем, я пытаюсь заснуть на парковой скамейке. Оптимизм окончательно приказал долго жить и писать слезливые письма.

Без единой приличной идеи, где остановиться на ближайшие два дня, я вышла из гостиницы и в полной растерянности огляделась вокруг. На маленький город опускались ранние сумерки. Фонарщики зажигали на площади огни. К дверям гостиницы торопились постояльцы, и пришлось подвинуться, чтобы не загораживать путь.