Книга Спасти тигра, приручить магистра и (НЕ) влюбиться, страница 20 – Мара Капс

— Ой, совсем забыла, Мари же хотела показать мне озеро, — воскликнула я, хлопнув себя по лбу, хватаясь за первую попавшуюся отговорку.

Уже собиралась сделать шаг вперёд, но вдруг, как по команде, какая-то сила подхватила меня, словно воздух сам решил, что я недостаточно быстро двигаюсь. Тело оторвалось от земли, и я, с воплем, взмыла в воздух.

— А-а-а!

— Успокойся, — сказал Долман, подхватывая меня на руки и легко втаскивая в кабинет через окно.

— Успокоиться? Ты что, варвар?! Хватаешь меня без спроса и предупреждения! — я со всей силы, на которую была способна, ударила его по плечу. Почувствовав, что меня едва не уронили, тут же вцепилась в его шею, как в последнюю надежду на выживание.

— Варвар? — переспросил он, чуть приподняв бровь. — Это кто?

— Это такой персонаж, — прошипела я, — который хватает девушек, как мешки с картошкой, и таскает по кабинетам через окно. Обычно ещё рычит и ест руками.

— Звучит как Лир, — невозмутимо заметил он.

Я медленно повернулась к коту, прищурилась и начала сверлить его взглядом, как будто собиралась прожечь дыру в пушистой броне.

— Ты таскал ему девушек? Бесстыдник. Фу.

Лир тут же среагировал: обиженно замахал хвостом и оскалился, как будто я только что поставила под сомнение его репутацию.

«Никого я ему не таскал, — возмутился он. — Просто этот олух давно не был в отношениях, вот и не знает, как себя вести. Тем более с той, кто смогла затронуть его душу.»

— Правда? — я устроилась поудобнее на руках магистра, как будто собиралась остаться там надолго. — Не может быть.

«Может, — буркнул Лир, фыркнув. — Клэр, редкая гадюка. Бросила его после серьёзного ранения. С тех пор он и не доверяет никому.»

Я приподняла бровь, глядя на Долмана. Ну да, классика жанра. Типичный сюжет какой-нибудь сказки: главный герой, внешне ледяная скала, внутри раненый романтик, который неожиданно даже для себя находитсвою суженую. А дальше начинается настоящий эмоциональный цирк. Он не знает, как с ней обращаться, поэтому ведёт себя как идиот. Может, над ним немного подшутить? Изображу, будто Лир выдал мне его страшную тайну.

— Знаешь, Лир тут такое рассказал… — я провела пальцем по шее Долмана, как будто собиралась зачитать приговор. — Очень личное. Очень подушечное.

Он напрягся, прижал меня чуть крепче, и я почувствовала, как его дыхание стало глубже.

— Он сказал, — продолжила я, выдерживая паузу, — что ты по ночам гладишь подушку и называешь её Клэр.

Долман медленно моргнул. Как будто пытался перезагрузить свою операционную систему. Лир зарычал, замотал головой, как будто хотел стереть мои слова из воздуха, а я, глядя на их синхронную панику, просто рассмеялась. И, конечно, именно в этот момент в кабинет влетел Фаргутт. Как всегда, с точностью до секунды, как будто у него встроен датчик «максимально неудобный момент».

— О, прошу прощения, — произнёс он с видом человека, который уже мысленно пишет заголовок: «Магистр и травница, скандал или роман века».

Я закатила глаза. Лир зарычал. Долман напрягся. Помощник, быстро сообразил, что сейчас получит пинка и быстро удалился. Дверь закрылась, и в кабинете воцарилась тишина.

Магистр медленно выдохнул, словно сбрасывая напряжение, и осторожно поставил меня на ноги.

— Спасибо, — пробормотала я. — И за то, что не уронил меня, когда я решила пошутить.