Книга Казненная жена генерала дракона, страница 29 – Кристина Юраш

Эва помолчала, внимательно осматривая комнату.

— Я бы на твоём месте поискала следы магии. Может, что-то осталось в комнате, что может пролить свет на твою тайну? — предложила она, осматривая роскошное убранство.

— Следы магии? — удивилась я.

— Да, например, странные рисунки, вещи, которые лежат там, где им не место… Или странные предметы! — задумалась Эва. — Стертые печати… Сейчас любая информация может помочь.

Я посмотрела на нее, чувствуя, что в чём-то она права. Время идёт, а зацепок всё меньше.

— К тебе можно завтра приехать? — спросила Эва, заметив моё задумчивое выражение.

После ее слов в комнате мне стало чудиться что-то нехорошее.

— Да, — вздохнула я, понимая, что кроме нее мне и поговорить не с кем. В конце концов, она — ценный источник информации, а её советы могут оказаться очень важными.

Странная мысль заставила меня задуматься. А бывает интересно такое, чтобы нынешняя и бывшая жена вдруг стали подругами? Или все-таки нет?

Я ждал Эву в холле, чувствуя, как напряжение медленно накапливается внутри. Мне хотелось поговорить с ней, пока она не уехала. Мне катастрофически не хватало воспоминаний жены.

— О, — вздохнула Эва, улыбаясь мне своей привычной загадочной улыбкой, — и тебе добрый день, Эльдриан. Вот, заехала навестить нашу бедняжку. Не стала говорить ей о том, что сегодня утром карету её родственников забросали тухлыми овощами. И что её отец во всеуслышание заявил о том, что Астория ему больше не дочь. После всего случившегося он вообще знать её не желает и лишает наследства.

Я почувствовал, как в душе ворочается неприятное ощущение. Глубоко вздохнул и постарался взять себя в руки.

— Поэтому, — продолжила Эва, чуть прищурившись и делая голос более шепчущим, — свежий выпуск газеты не показывай жене!

Она вздохнула.

— Да когда же они угомонятся! Вот прицепились! — с досадой заметила Эва, расправляя платье.

Я открыл перед ней дверь, и она тихо вошла в комнату, присев в кресло, словно уставшая и немного утомленная.

— Вид у тебя так себе, — заметила она, рассматривая меня с заботливым взглядом, — как после недели балов подряд.

Я улыбнулся чуть сквозь усталость, пытаясь скрыть внутреннее напряжение.

— Итак, что мне удалось узнать? — перешел я сразу к сути дела.

Эва немного помолчала, словно что-то обдумывая.

— Да так, по мелочи! Она ничего не помнит. Или не хочет пока говорить. Тут не ясно. Правда, кое-что удалось узнать от слуг. У меня был целый час, пока я ждала её пробуждения. Так вот, одна служанка сказала, что твоя жена прочитала письмо. Она прочитала его несколько раз, а потом уставилась в одну точку. Немного посидев, она взяла ножик, которым вскрывала конверт, и какое-то время задумчиво вертела его в руках…

Я напрягся, цепляясь за последние слова.

— Вертела ножик? — спросил я, чувствуя, как внутри что-то зашевелилось.

— Ну да, нож для писем, как мне сказали! — кивнула Эва. — Она вертела его в руках и выглядела очень задумчивой.

Я почувствовал, как внутри зашевелилась тревога, и сердце забилось быстрее.

Вертела ножик в руках…

Я вспомнил про ленту, которую вертела в руках Сьюзан Морис перед тем, как задушить этой лентой собственного ребенка. А что, если в этот момент моя жена думала о том, готовали она убить ребенка или нет? Может, в этот момент она принимала решение?