Книга Супруга для покойного графа, страница 2 – Лидия Орлова

Когда телега, наконец-таки, остановилась, старушка плюнула в мою сторону. Ей повезло, что она не попала, сдачи бы я ей дать смогла. Где это видано, чтобы просто так плевали в незнакомых людей?!

— Срамница! — Ещё и обозвал она меня. Хотя выглядела я очень скромно. Ни в шортах, ни в мини юбке, не в прозрачной одежде. Но пиджак я, все же, застегнула, чтобы мой живот вредную старушку не смущал.

Я, приветливо улыбаясь, с уважением, чтобы вредная бабка не бросила меня в парке, сказала:

— Доброго вам дня. Я заблудилась. Подвезите меня, пожалуйста, куда-нибудь. — У меня даже челюсть свело от моей вежливости.

Старушка вместо ответа снова меня обругала:

— Срам! Стыд! Гулящая!

Я, конечно, не носила на голове огромные платки, как эти две особы, но гулящей меня называть никто не мог. У меня только один парень и был за все мои восемнадцать с небольшим хвостиком лет!

— Не стоит оскорблять людей, даже ничего о них не зная! — Вздернув подбородок, сказала я старушке. Хорошо бы ещё гордо развернувшись уйти прочь, но куда я пойду без потерянной обуви и сумки? И сейчас уже начали сгущаться сумерки.

— Ишь, как мудрено говорит! —Воскликнула старушка. — Аристократова подстилка? Выбросили тебя?

Я зависла. И просто, чтоб заполнить давящую на мои нервы тишину, спросила:

— Почему "аристократова подстилка"? Я невеста. Почти.

— Невеста? Почти, говоришь? — Хитро прищурившись спросила неприятная особа, от которой сейчас зависело мое спасение. И улыбка ее беззубая была издевательской. — А жених-то где? Женихи суженых своих в лесу не бросают. И в срамном одеянии на людях показываться не дозволяют. И косы их под корень не стригут! — Она ещё своим костлявым пальцем в меня ткнула.

Прическа у меня была модной. Я только неделю назад у хорошего парикмахера стриглась. И у меня сейчас было идеальное каре, подчёркивающее овал моего лица и выразительные глаза. Мне все говорили, что с моими черными волосами и карими глазами выгляжу я очень эффектно.

— Бесстыдница! Гулящая! Позор матери, скормившей тебя! Позор отцу, чье семя породило тебя! — Все более злобно, смакуя каждое слово, сварливо гнусавила старуха.

А я поняла, что она просто больная! На всю голову! Даже девчонка, что сидела в телеге держалась от нее подальше. Поэтому я решила больше не спорить и даже не пытаться отстаивать свое честное имя. Сейчас для меня важнее было выбраться из этого бесконечного парка. А там уже на прощание я выскажу все, что об этой благочестивой старушке думаю. И, конечно, поблагодарю ее за помощь.

— Я заблудилась, добрая бабушка, — с трудом выговорив это обращение, попросила я старуху, — вывезите меня из этого места.

Старушка только хитро хмыкнула в ответ.

— Я сумочку потеряла, но могу дать вам это колечко. Я протянуло ей, сняв с пальца очень красивое кольцо. Бижутерия, конечно, но в темноте бы она не разобрала, что оно не золотое. Да и кто оплачивает золотом поездку на голых досках телеги? Но эта бешеная старушка ударом руки выбила из моих пальцев кольцо, и оно почти неслышно упало в кустарник.

От возмущения я так и застыла с раскрытым ртом.

— Срамница! Не нужны мне твои греховные побрякушки. — Я уже потеряла надежду, что смогу уговорить старуху подвезти меня, и даже ужаснулась, представив, как мне придется выбираться из этого заколдованного парка пешком, когда меня неожиданно пригласили сесть в телегу. Я так обрадовалась, что даже следующие слова старушки меня не озадачили. — Мы в обитель Благочестияедем. Внучку гулящую хочу там пристроить. И тебя туда же отвезу.