Книга Исполняющая обязанности жены генерала дракона, страница 88 – Кристина Юраш

— Что такое? — спросил генерал.

— Это тот самый дом, — прошептала я. — Который я хотела себе…

От волнения у меня даже в горле пересохло. Получается, моя мечта сбылась? И это то самое место из старого журнала об особняках? Да! Оно! Даже слуховое окно осталось!

Получается, я все это время жила в доме своей мечты? Просто не узнала его, из-за времени и переделок?

— Я нашла его в журнале… — прошептала я, глядяна картины поместья с разных ракурсов. — В очень старом! Я могу доказать! У меня есть картинка из журнала! Я сейчас за ней сбегаю…

— Я тебе верю, — послышался тихий, чарующий голос, а я почувствовала на губах многообещающий поцелуй. Краем глаза я увидела софу. — Я хочу, чтобы ты согласилась стать моей женой женой…

Я почувствовала, как рука генерала скользит по моей щеке.

— Починим поместье, я познакомлю тебя со своей семьей. А потом будет свадьба… Хотя, чувствую, что сначала лучше свадьбу, а потом все остальное. Потому что я сейчас не сдержусь и сделаю с тобой то, что хотел сделать все это время…

Через два часа я мы покинули комнату, а я чувствовала легкий румянец на щеках. Если у нас будет ребенок, то я, думаю, мы умолчим, когда и на чем он появился в проекте. Пусть это будет маленькая тайна его родителей. На моей руке сверкало фамильное кольцо. Оно было мне велико, поэтому приходилось его придерживать пальцем.

— Карета вернулась! — послышался голос Элеоноры. Она стояла со старым чемоданом в руках. Рядом пыхтела кухарка, таща свой баул.

— Я выпишу слуг из столицы. Они прибудут сегодня, так что без ужина не останемся, — утешил меня генерал, пока я вспоминая его жаркие губы, скользящие по моему телу. — Заодно и приберут все. Мебель ты выберешь.

Бэтти и кухарка спешили к карете. Их догонял пошатывающейся походкой наш мифический дворецкий. Я мысленно прощалась с ними, как вдруг Бэтти махнула рукой, глядя на поместье. Она взяла свой чемодан и потащила его обратно. Кухарка заметалась, а потом вздохнула и тоже вытащила свои вещи из кареты. Дворецкий сомневался дольше всех. Он вылез из кареты со своими вещами и бросился догонять охающую Бэтти.

— Вы что? Решили остаться? — спросила я, выходя в коридор.

— Нет, а что? Мы уже привыкли! Только вещи зря собирали! — заметила кухарка.

— Я вспомнила Столицу. То туда гоняют, то сюда. Шум, гам, кареты, — выдохнула Бэтти. — И подумала. Может, да ну его? Я уже не так молода, чтобы строить глазки чужим лакеям! А ленточку вы мне сами подарите! Я же вижу, что вы — добрая…

— Подарю, конечно. И кружево, — улыбнулась я.

— Ну вот и все решили! — улыбнулась Бэтти. — Только чур я старшая горничная! И ключи вернете. А то мне надо будет этим вертихвосткам показывать, где у нас что!

Я протянула ей связкуключей.

Через два месяца я явственно почувствовала первые признаки приближающегося материнства. Оставалось гадать, когда именно это случилось. Но гадать было сложно. Потому как вариантов было очень много! И все-таки я грешила на ту старую софу. Вот ведь как чувствовала. Поделившись радостью с мужем, мы стали ждать. А пока занимались воспитанием Нахрена. Не то, чтобы мы делали большие успехи. Но прогресс был явно на лицо. Правда, покусывать пальцы он не перестал. Но мы знали, что он это делает любя.

Элеонора так и не встала на ноги. Ни через месяц, ни через полгода. Теперь она сидит в отдаленном поместье, устраивает истерики и стремительно набирает вес. В грузной злобной женщине сложно узнать первую красавицу, которая когда-то была любимой женой генерала.

Но мне ее не жаль. Ни капельки. Можете, считать меня жестокой, но я считаю, что она получила по заслугам. Может, если судьба будет к ней милостива, то и для нее найдется сиделка, способная поставить ее на ноги. Все на волю судьбы.

В красивом ухоженном саду часто бывают гости. Наш холл украшает фамильный портрет, где мой самый красивый на свете муж с росчерком шрама и я в роскошном платье. Скоро придется нанимать художника, чтобы он добавил туда еще одного члена семьи. Подозреваю, что мальчика. Поскольку, как только речь заходит об оружии, он начинает толкать маму.

Но я рада. Рада тому, что однажды по этим самым коридорам, по этим самым дорожкам в саду, будет делать свои первые шаги наш малыш. Точно так же, где делал свои первые шаги его отец.