Книга Фаворитка, страница 31 – Екатерина Оленева

— Ты красива, — протянула Мелинда. — Хотя, увы, красота порой мешает больше, чем помогает. Она привлекает ненужное внимание, а твоя первостепенная обязанность — служить, будучи скромной и покорной. Ты понимаешь это?

В этот миг Мара поняла, что Мелинда ей неприятна. И сама она, похоже, не слишком-то симпатичная этой даме.

— Разумеется, Ваша Милость, — произнесла Мара ровным голосом, стараясь ничем не выдать охватившее её раздражение. — Моя единственная цель — служить Вам и исполнять ваши распоряжения.

Мелинда улыбнулась, но её улыбка её казалась ледяной и недоброй.

— Мара Уотерс! — внезапно прозвучал резкий голос молодого принца, мгновенно приковывая к себе всеобщее внимание.

На первый взгляд, юноше казалось не больше шестнадцати лет. Он обладал утончёнными чертами лица и длинными, серебристо-белыми волосами, ниспадающими чуть ниже плеч. Его серые глаза блестели холодным металлическим светом и неодобрительно смотрели на девушку.

— Дочь улицы? Танцовщица и акробатка? Это действительно ты? — спросил он высокомерно.

— Танец не запрещён законом, ваше высочество, — спокойно произнесла Мара, уважительно склоняя голову. — Люди зарабатывают на жизнь разными способами.

— Да, но в достойных домах циркачей принимают только с представлениями, — презрительно скривился молодой принц.

— Искусство приносит радость и утешение.

— Шлюхи тоже, — язвительно скривил он губы. — Но кто из разумных людей подпустит их к себе?

— Довольно, Сейрон! — прервала его мать, слегка повысив голос. — Как всегда, ты переходишь границу.

— Какие же границы я перешёл, матушка? — ответил принц с сарказмом.

— Мара — талантливая артистка, умеющая покорять сердце людей. Многие великие правители ценили танцоров и артистов, видя в них отражение души народа.

Принц усмехнулся с откровенной насмешкой, скрестив руки на груди и глядя на Мару с откровенным пренебрежением.

— Матушка, вы говорите одуше народа так, будто это нечто возвышенно, — заметил он. — Но народ всего лишь толпа, управляемая силой. Искусство… возможно, оно и ценно само по себе. Но эта девица, стоящая перед нами, никакого отношения к нему не имеет. Она лишь забава.

Мелинда бросила на сына быстрый, укоризненный взгляд. Потом повернулась к Маре.

— Прошу прощение за моего сына. Он молод, импульсивен, временами через чур прямолинеен. Больше не буду вас задерживать. Можете приступать к своим обязанностям немедленно. Вас отведут в покои к моей дочери… кстати, вот и она.

Двери широко распахнулись и вошла прелестная девушка лет тринадцати-четырнадцати, одетая в воздушное розовое платье, похожая на сладкий зефир.

— Мама! — воскликнула принцесса Лея звонким голосом. — Я слышала, что вам представляют мою новую горничную? Хочу посмотреть на неё.

Принц Сейрон закатил глаза, но на него уже никто не обращал внимания.

Принцесса Лея подошла ближе к Маре, внимательно разглядывая её большими голубыми глазами. Двигалась девушка плавно и изящно, словно лёгкое облачко, подхваченное ветром. Её лицо выражало искреннее любопытство.

— Ты очаровательна, — сказала она мягко. — Думаю, мы прекрасно поладим. Пойдём, я покажу тебе свои комнаты. Теперь ты будешь жить там вместе со мной. Расскажу тебе многое, о чём ты, наверное, ещё не знала.

Принцесса взяла Мару за руку и увела прочь, наполняя тихие коридоры дворца мягким смехом и нежным щебетом голоса.