Книга Тринадцатая Мара, страница 78 – Вероника Мелан

* * *

Он сидел в ресторане.

Они сидели: Сидд, светловолосая девчонка и её брат Тимми.

Практически прижавшись к стеклу с логотипом заведения, линиями скрывавшими мое лицо от взгляда посетителей, я стояла снаружи и смотрела на того, к кому обещала себе не приближаться.

Расслабленная поза, отсутствие щетины, белоснежная сорочка. Рукава рубашки натянуты на мощных бицепсах, лежащие одна на другой сильные ноги. Как всегда стильный, сдержанный, дорогой. Рукава закатаны до локтей, на лице нечто похожее на сдержанную улыбку, точнее, тень ее – умиротворенный, спокойный в этой ветке реальности Сидд не улыбался даже теперь. Наверное, он вообще никогда этого не делал. И чертовски родным он продолжал мне ощущаться. А еще я впервые видела живую Лиру – девчонку-лисичку, чем-то напоминающую мне Кьяру. Такую же солнечную, простую, совершенно не смущающуюся от того, что один из людей за столом держит себя строго.

Наверное, они что-то отмечали – чье-то достижение, повышение по работе. Или, может, ужин в «Корлатье» был их давней традицией – что я знала о прошлом Аркейна? Ничего. О чем-то оживленно рассказывал Тимми, Лира иногда перебивала его с восторгом, может, дополняла – голосов я не слышала. Сидд наблюдал за этой парой с привычным ему снисхождением человека, знающим, что этих двоих он по-своему будет любить всегда. Пусть сдержанно, пусть без внешних эмоций, но честно.

Он умел любить, да. И сейчас мне было жаль, что наш поход с ним не случался. Да, в Топи было тяжело, но она по-настоящему показала нам нас самих, сумела сблизить непримиримых врагов, превратить их сначала в усталых путников, а после в нечто большее. Эта аккуратная стрижка, эта шея, эти губы… Вновь мне придется от них отказаться из благих побуждений, никогда мне не расстегнуть пуговицы этой белоснежной рубахи.

«Величайший из потомков Аркейна» – так отозвалась о Сидде Идра. «Инквизитор великой силы».

Они, сидящие рядом люди, возможно, даже не подозревали об этом.

Мне нужно было уйти. Позади меня время от времени слышались шаги, и пешеходы, вероятно, смотрели на прилипшую к окну меня не то как на голодную девушку, не то как на влюбленную дурочку. Во втором случае они не слишком ошибались.

Я должна была уйти, я себе обещала.

Но вместо этого прошептала: «Сидд…»

Слово просто вырвалось безо всякого смысла и колдовства, но человек в белой рубашке вдруг совсем чуть-чуть, как прислушавшийся к чему-то внутреннему пес, повернул голову. Повернул в сторону окна. А после неожиданно посмотрел прямо на меня.

Я отпрянула от окна стремительно. Черт, он не увидел меня, просто почувствовал. И не нужно бежать, только не бежать – он меня не помнит.

Просто развернуться, просто пойти прочь. Это стало особенно просто сделать, когда я увидела, как Аркейн поднимается из-за стола, как берет со стоящей рядом вешалки пальто.

«Шагай спокойно. Как обычный прохожий. Не надо паники».

Я успела отойти от окон ресторана на несколько метров, прежде чем сзади прозвучал его голос:

– Мариза…

И застыла на месте, как пойманный с поличным преступник, так, будто меня прострелили в спину невидимым болтом.

Разворачивалась я медленно. Развернулась, кажется, спустя вечность, посмотрела в светлые зеленые глаза – нас разделяло, как выяснилось, около десяти шагов. Выдохнула, чувствуя полнейшее смятение, разброд мыслей и эмоций.