Книга Дракон предпочитает Злодейку, страница 123 – Анна Шаенская

— Пришли. Выпускайте матушку, — Каин замер у пустой стены, ничем не примечательной и не отличающейся от других участков Тропы.

Интересно, как они с Беатриче ориентировались здесь? Казалось, что метка сама вела наследников королевской крови.

Миг! И перед нами появилось призрачное величество. Окинув Каина непередаваемым взглядом, она вздохнула и всё же открыла вход в будуар.

— Дожили… Кронпринц в моём святилище.

— Мама, спешу напомнить, что вы не дожили до этого момента. Будем считать, меня здесь не было, — весело отозвался Каин.

— Сынок, ты же понимаешь, что я могу запереть тебя здесь навечно? — вкрадчиво уточнила королева.

— Мама, я польщён, но держите себя в руках! Ах да, забыл… Для этого нужно иметь тело.

Принц невозмутимо прошёл вглубь будуара и бережно уложил короля на постель.

Алонзо достал выявитель и закапал глаза. Мы замерли в нетерпении, ожидая вердикта.

— Вижу следы сумеречного яда, — произнёс маг.

Версия подтвердилась, осталось снять слепки с уликами.

Алонзо вдруг перевёл взгляд на меня, затем на призрака Беатриче. От королевы полыхнуло яростью и возмущением, но вслух она ничего не сказала.

— Ваше величество, я здесь на правах верховного судьи и должен проверить каждого, пока действует выявитель, — мягко произнёс Алонзо.

Каина и Лису, он тоже осмотрел. В последний момент снял слепки даже со своих рук. Хотел убедиться, что зелье работает идеально.

— Есть одна странность, — задумчиво добавил Алонзо. — Яд не только повредил ядро маны, но и разъел ауру короля.

— Не совсем понимаю, — нахмурилась.

Благодаря Лисе я знала, что сумеречный яд отравляет магию и поражает её главный центр в организме колдуна. Говоря простым языком, его можно сравнить с нейротоксином, даже симптомы были похожи.

Беатриче говорила, что вначале её супруг жаловался на сильное головокружение, слабость и шаткость походки. Затем присоединились галлюцинации. Он начал спорить с невидимыми собеседниками, требовал поймать несуществующих шпионов.А вскоре короля полностью парализовало и через три дня после этого он впал в магическую кому.

Официально причину не нашли, сослались на неведомую болезнь, нарушившую циркуляцию маны в его магических каналах. На предмет отравления короля проверяли и исключили все виды ядов и даже проклятий.

Проверку проводили главный придворный лекарь и архиепископ Дэйвенский. Не удивительно, что господа отравители ничего не нашли и ни в чём себя не заподозрили.

Но, что так сильно зацепило Алонзо? Сумеречный яд и правда мог разъесть ауру изнутри словно кислота. Лиса говорила, что это один из симптомов…

— Обычным зрением этого не увидеть, но выявитель подсветил поражённые участки. Такие дыры характерны для внешнего воздействия на ауру, но никак не для яда, который принимали внутрь, — пояснил Алонзо.

— Сумеречный яд можно только выпить! — воскликнула Беатриче. — В любой другой форме он нестабилен.

— До того, как эту отраву запретили, Башня магов использовала его в военных целях, — задумчиво протянул Каин. — Магистры пытались создать туманную форму, чтобы перегонять облака яда через вражеские укрепления, но эксперимент провалился…

— В форме тумана эта мерзость ещё и воняла так, что её было слышно за сто шагов, — напомнила Беатриче. — Лить яд на раны тоже бесполезно, и на теле короля ни единой царапины…