Книга И пеплом стали звезды, страница 88 – Рина Сивая

— Да, мертва, — подтвердила я, попутно признавая, что и мое текущее состояние очень близко к озвученному. — Кое-кто очень постарался, чтобы все так считали. Даже ты.

В отсеке повисла тишина. Никто не пытался обвинить меня во лжи, никто больше не утверждал, что Лин Трасс давно нашла покой среди звезд. Все стояли и ждали, пока полковник Корте добьет меня своим взглядом. Я почти молила его закончить поскорее.

— Согласно официальным данным, Линнея Трасс погибла в составе своего отряда во время выполнения боевого задания восемь лет, шесть месяцев и двадцать пять дней назад, — спустя целую вечность зачитал информацию со своего коммуникатора Эш Мас. Усилием воли я заставила себя перевезти взгляд на него. — Как вы можете это объяснить?

Он снова переходил на официальный тон, отключая эмоции. А я так уже не могла, поэтому отворачивалась куда-то в сторону, ощущая, как немели руки от холода. Или от того, что я слишком сильно сжимала свои предплечья?

— Восемь лет, шесть месяцев и двадцать пять дней назад Линнея Трасс провела восемь часов в горах планеты Жат системы ГАР-97, — я постаралась, чтобы мой голос звучал так же ровно, как у подполковника. Но вопреки моей воле с каждым словом он становился все глуше и глуше. — Она не знала, что за это время ее признали мертвой. Покинув планету, она привела в действие протокол экстренной эвакуации и оказалась на флагмане «Остион» под командованием полковника Элиаса.

— Ложь, — наотмашьударил по потрепанным нервам очередной ледяной рык, но кроме новой дрожи по телу я никак не отреагировала на него и продолжила свой маленький рассказ.

— Согласно тому же протоколу, она доложила командиру корабля о произошедшем.

— Нам об этом ничего не известно, — попытался остановить меня Эш Мас, но остановиться я уже не могла.

— Элиас не вел запись того разговора. Я заметила это слишком поздно. А когда закончила, он объявил меня сепаратисткой, пытающейся под видом пилота Космофлота попасть на флагман, уничтожил мой истребитель и отправил на казнь. По законам военного времени.

На последних словах мне все-таки не удалось удержать горечь под контролем. Сейчас это все казалось глупым и несущественным, сложно было даже представить, что озвученное действительно случилось со мной, а не с кем-то другим.

— И как же тебе удалось спастись? — не скрывая насмешки, поинтересовался Тай.

Каждое его слово ранило больнее выстрела из бластера. Как бы мне хотелось, чтобы он говорил со мной иначе — мягче, теплее. Чтобы в его вопросах было чуть больше понимания. Это ведь я, хотелось кричать ему. Лин, с которой ты прожил три года. Лин, которую ты любил. Лин, которая любила тебя.

Которая любит до сих пор.

Одинокая слеза все-таки сорвалась вниз, и я порадовалась, что эту половину лица мужчинам видно не было.

— Старый знакомый помог.

Назвать Ив Улье другом я не могла. Да и вообще упоминать его имя не хотелось — достаточно того, что я раскрыла роль Элиаса в своей истории. Оставалось надеяться, что хоть кто-то мне поверил, и пусть немного, но жизнь генерала я усложнила.

Снова тишина, такая плотная, что ее можно было разрезать на пласты. Меня трясло — от холода или от нервов, я уже не могла понять. Просто молилась, чтобы все побыстрее закончилось.

Очевидно, что с готовностью к этой встрече я себя слишком переоценила. К такому нельзя подготовиться, как бы ты не пытался.