Книга И пеплом стали звезды, страница 130 – Рина Сивая

— И что же ты вдруг передумал, раз такой благодетель? — взрывалась Линнея. Она была зла, но за этой яростью Тай чувствовал боль. Это он делал ей больно своим прошлым бездействием. — Почему передумал сейчас? Героем побыть захотелось?

— Потому что ты умирала!

После этого злого рыка замирали все: и Тай, и Лин, и даже Ив Улье, который явно не собирался говорить то, что произнес. Но, поняв, что слова уже прозвучали, он фыркнул куда-то в сторону и вновь заговорил, глядя исключительно на Линнею, хотя казалось, что говорил он именно для Таймарина.

— Сколько раз за последний год ты была в медблоке с мыслями о суициде? Сколько вариантов лечения ты перепробовала? Ты не можешь засыпать без снотворных. Ты не выносишь собственного отражения в зеркале. Ты прятала наросты, доводя свой организм до того, что он начал уничтожать сам себя!

Каждая фраза подобно хлысту ударяла по и без того натянутым нервам Тая. Он не мог представить себе, чтобы все это действительно происходило с Лин, но потому, как она молчала и едва заметно горбилась, он понимал: слова Улье — чистая правда. И от этого все внутри Корте покрывалось толстым слоем льда.

— Ты попросила лишить тебя бластера, — Ив сделал шаг вперед. — Чтобы во время очередного приступа депрессии не выстрелить себе в голову. И скажи мне, сколько бы ты еще выдержала в этом состоянии?

Она молчала, но все присутствующие и без слов Лин понимали, каким мог быть ответ. Тай уже получил его, когда вчера Линнея посылала его во время допроса.

Вот и живи с этим. А я не буду.

Значит, ему действительно не показалось, что она была бы рада смерти.

— Ты следил за мной, — устало прошептала Лин управленцу.

Таймарин не мог оставаться на месте. Он физически чувствовал, как кровоточили раны в душе его Лин, но мог только накрывать ее плечи своими ладонями, пытаясь передать свою поддержку. И признать вину.

Она не стала вырываться и отходить, лишь подтверждая тем самым, насколько ей действительно плохо.

— Я никогда не упускал тебя из вида, — подтвердил Улье. — Потому что я обещал твоему отцу заботиться о тебе, и я держу это слово до сих пор.

Пришла очередь Тая вздрагивать. Он тоже обещал это адмиралу Трассу — что никогда не даст его дочь в обиду. И сам же нарушил свое обещание, потеряв Лин на долгиевосемь с лишним лет.

— Я даже приказал поделать твои анализы на совместимость с Айвеном Тенде в надежде, что он сможет тебя расшевелить, — вдруг усмехнулся Ив. — А этот придурок все только испортил!

Значит, Таймарину не показалось: между Лин и тем архонцем действительно что-то было. И было именно потому, что этого захотел проклятый интриган Ив Улье.

Пальцы на плечах Лин непроизвольно сжались сильнее. И их тут же накрыла узкая ладошка, то ли останавливая, то ли поддерживая.

— Айвен работал на тебя, — выдохнула Линнея.

— Нет. На меня работает Харт, — произнес архонец. Тай все еще не понимал, что это за Харт, но влезать в разговор сейчас ему казалось неправильным. — И, фактически, ты тоже работала на меня все это время.

Лин грустно усмехнулась.

— Это ведь мой отец пристроил тебя в управление, да?

Ив Улье улыбнулся.

— Я всегда говорил, что адмирал Трасс — гений.

С этим трудно было спорить.

— В таком случае, — Лин повела плечами, скидывая с себя руки Тая. — Спасибо тебе, Ив Улье. За все.