Книга Бесчувственный. Ответишь за все, страница 41 – Виктория Кузьмина

Мира встала и подхватила сумку с пола. Сжав ручку в руках так, что послышился хруст ткани.

— Владлен очень переживал за тебя. Я слышала, как в его старой комнате что-то разбилось, когда ты уехала. Грохот стоял страшный.

Она обернулась ко мне, и ее лицо было серьезным.

— Агат, я прошу тебя, будь осторожнее. Я… не хочу, чтобы тебе угрожала опасность. И не хочу, чтобы она угрожала Владлену. Как выяснилось, мы многого о нем не знали. Сегодня утром мы поговорили, и… — она замолчала, опустив глаза. — Я не могу рассказать тебе всей правды, потому что он не разрешает. Но для того, чтобы обезопасить его… если ты его все еще любишь… будь осторожна.

Я сжала кулаки, чувствуя, как по щекам разливается жар. Да, чувства к Владлену никуда не делись. Я ведь влюблена была в него с детства. Сколько себя помню, как увидела — так и пропала. Но он никогда не отвечал мне взаимностью. Я для него была младшей сестрой. Не более. И сейчас он переживал именно так как за сестру. А я… я не хотела, чтобы с ним что-то случилось. Он был дорог мне.

— Я поняла тебя, Мир. Я не хочу доставлять вам проблемы.

Она посмотрела на меня, и в ее глазах блеснула неподдельная нежность.

— Ты не доставляешь нам проблемы. Ты для меня часть семьи, Агата. Я считаю тебя не просто подругой. Ты моя сестра. И переживаю я за тебя наравне с Владленом. Мне будет очень тяжело, если хотя бы с одним из вас что-то случится. Поэтому я прошу тебя о благоразумии. Бестужев… Он монстр, Агата. Не дёргай его за усы. Пока мы не придумаем, как вылезти из этой ситуации, не стоит нарываться лишний раз.

Она развернулась и вышла из пустого спортивного зала, оставив меня наедине с тяжелыми мыслями. Я чувствовала себя виноватой. Виноватой перед ней, перед Владленом, перед мамой, которой я соврала. Моя независимость обернулась клеткой, куда более прочной, чем та, от которой я бежала.

Собрав волю в кулак, я накинула на плечи сумку и вышла. Проходя мимо одной из аудиторий, я замерла. Дверь была приоткрыта, и оттуда доносился тихий разговор.

— …от нее несет им! Девочки, я вам говорю, она минимум об него обтёрлась! Это что вообще такое? Как она смеет?

— И не говори, — прозвучал другойголос. — Как он ей это позволил? Он ведь никогда с людьми… Я проверяла.

— Да все знают, что никогда с людьми, — заговорил третий. — Но от неё прямо пахнет.

— Как же Злата-то теперь отреагирует на это? — это прозвучало с долей ехидства.

— Да она разорвет ее за Бестужева. Понимаешь? Башку ей оторвет.

— Кстати… А кто она такая вообще? Я даже не знаю, как ее зовут, в первый раз сегодня увидела. Если бы не почувствовала, я бы на нее и внимания не обратила. Мыш какая-то серая.

— Никогда не думала, что Бестужев посмотрит на такую. Может, он проспорил кому-то…

— Да не знаю, девочки, не знаю. Но факт остается фактом — от неё им пахнет. А это значит…

— Да ни хрена это не значит, — этот голос звучал бесстрастно и насмешливо. Одна из девочек шикнула: «Сара!». Так вот кто был за дверью. Моя милая соседка. — Ты говорила, что живешь с этой девкой в одной комнате. Кто она такая?

— Мышь какая-то серая… — прозвучал равнодушный голос Сары.

Меня передернуло. Как я и думала, она никогда не упустит возможность меня утопить, вспомнив только, что она мне устраивала, когда мы пересекались в комнате. Решив дальше не слушать и побоявшись, что они выйдут и почуют меня, я рванула прочь.