Книга Не твоя жертва, страница 143 – Виктория Кузьмина

Лена отстранилась, вытирая лицо рукавом. Ее глаза были красными, заплаканными, но в них уже не было шока. Было принятие. И решимость. Она посмотрела ему прямо в глаза и сильно по-детски дала ему подзатыльник.

— Вот! — сказала она, всхлипывая, но уже с тенью знакомой дерзости в голосе. — Это тебе за то, что ты вообще мог подумать, что я откажусь от тебя из-за этого! Вот такое у тебя мнение обо мне? Придурок вдвойне!

Денис потер затылок, но улыбнулся впервые за этот кошмарный разговор. Улыбка была слабой, виноватой, но настоящей.

Она простила. Боги, она простила.

— Придурок, — согласился он тихо. — Признаю.

За этим душевным штормом наблюдали двое мужчин. Арман чувствовал странное облегчение, смешанное с грустью за их боль. Борислав Святозарович смотрел на свою дочь, обретшую часть своей семьи, и в его каменных глазах что-то дрогнуло — глубокое, давнее горе и намек на мир.

Именно в этот момент тонкий, но неотразимый аромат донесся из коридора — жареный бекон, свежий хлеб, что-то сладкое. Арман резко повернулся к двери. Его волчий нюх, обостренный эмоциями, безошибочно определил: пока Лена бушевала, разбираясь с вновь обретенным братом, его охранник не подвел. Еда прибыла. И вовремя.

— Отлично, — произнес Арман громко, властно, разрывая эмоциональный узел практической необходимостью. Он подошел к двери и распахнул ее. За ней стоял запыхавшийся охранник с огромным, ароматным пакетом. — Заноси. Ставь на стол, — он обернулся к комнате, его взгляд скользнул по заплаканной Лене, смущенному Денису, задумчивомуотцу. — А вы все садитесь. Завтрак подан. Говорить будете с полным ртом.

Он не стал спрашивать, хотят ли они есть. Он знал. Особенно про Лену.

Арман заказал с размахом: омлеты с ветчиной и сыром, горы хрустящего бекона, теплые круассаны, свежие фрукты, термосы с кофе и какао. Запах быстро наполнил палату, создавая контрастный, почти сюрреалистичный фон к только что пережитому потрясению. Есть молча было невозможно. Разговор завязался сам собой. Сначала осторожно, о еде, потом о практических вещах, которые завтрак помогал обдумать без лишних эмоций.

Когда последние крошки были собраны, Арман отодвинул свою тарелку. Его лицо стало серьезным, деловым.

— Лена, Денис, — обратился он к ним. — Сейчас соберите свои вещи. Вечером за вами заедет Егор и отвезет вас ко мне. Домой, — он подчеркнул последнее слово, глядя на Лену. Их дом. Теперь точно. — Завтра утром мы все едем на Совет.

Лена кивнула, ее рука инстинктивно легла на живот.

Дом. Настоящий. С ним. И завтра...

Тревога кольнула, но была приглушена сытостью и усталостью.

— Я тоже поеду, — заявил Борислав Святозарович. Его голос был ровным, но в нем звучала стальная решимость. — Хочу посмотреть. Послушать.

Арман посмотрел на него. Медведь. Отец его Пары.

Его законной жены, — пронеслось у него в голове с внезапной ясностью. — Они обменялись метками. Боги признали их союз. Перед лицом Предков они уже муж и жена.

Этот факт придавал словам отца новый вес. Он не просто гость. Он семья. Имеет право.

— Как отец моей Пары, — произнес Арман, встречая взгляд медведя, — вы имеете на это полное право. Будем рады вашему присутствию, — он кивнул, заключая негласное соглашение.

Завтрашний Совет только что стал еще более значимым и непредсказуемым. Но Арман был готов. У него была его Пара. Его семья.