Книга Презренная госпожа. Леди-попаданка в деле, страница 76 – Анна Кривенко

Поспешно причесавшись, я выскочила в коридор, причем, беспрепятственно. Да, меня никто принципиально не запер. Охраны возле дверей не было. Ворон этим жестом хотел показать свое великодушие. Тактику он выбрал типичную и вполне ожидаемую. Он будет стремиться показать мне свои достоинства, чтобы я согласилась на его безумное предложение. Но я же не настолько дура, чтобы это сделать…

Рванула вперед, стуча каблуками по полу. Через несколько минут уже была посреди холла и через мгновение на крыльце. В мою сторону оглянулись лениво прохаживающиеся по двору горцы. Глаза их сверкнули. Мне откровенно захотелось показать им неприличный жест. Но боюсь, от этого не было бы толку, они бы меня просто не поняли. Я вернулась в ту сторону, где стояли слуги, и, подобрав юбки, поспешила туда. Ворон, увидев меня издалека, лишь равнодушно скользнул взглядом.

— Послушайте меня внимательно, — начал он зычным, властным голосом, обращаюсь к слугам. Женщины вздрогнули, мужчины вытянулись по струнке. — Отныне ваш хозяин — я. Если будете служить мне верой и правдой, получите благословение. Я вам его гарантирую. Я человек не жадный и не жестокий, чего бы вы обо мне ни думали. Тот, кто хочет уйти, может уйти на все четыре стороны прямо сейчас. Я никого не держу…

Последнее заявление привело всех в откровенное изумление. В том числе и меня. Я считала, что все мы пленники. Неужели он действительно отпустит того, кто захочет уйти? Или это просто уловка, и несчастного пристрелят за первым же поворотом?

— Я уйду! — выкрикнул молодой парень броской наружности.

Он смотрел на Ворона с вызовом, отчего я пробормотала себе под нос:

— Вот дурак, нарвётся же!

Горец лениво махнул рукой, мол, свободен. Тот вышел из толпы, гордо задрав подбородок, после чего развернулся, наклонился к рядом стоящей женщине, поцеловал ее в щеку, а это, скорее всего, была его мать, и направился обратно в поместье, видимо, за вещами.

Женщина всхлипнула, ей было страшно. Развернулась и побежала вслед за ним. Остальные слуги заволновались, я тоже почувствовала волнение. Нет, я не могу стоять и просто на это смотреть, я должна узнать, что происходит на самом деле! Решительно направилась к Ворону и, когда поравнялась с ним, произнесла:

— Где гарантия, что этот молодой человеквыйдет отсюда живым?

Горец посмотрел на меня несколько холодно.

— Мое слово — ваша гарантия.

Я нахмурилась.

— Ваше слово не очень надежно…

Он вопросительно вздёрнул бровь.

— Вы так думаете? Ах да, вы же меня ненавидите, презираете и считаете предателем.

— У меня есть все основания так считать, — ответила упрямо.

— Ну, ничем не могу помочь, я человек честный, но если кто-то считает меня преступником, то так тому и быть.

Я поняла, что разговор зашел в тупик. Однако меня удивило, что Ворону, похоже, было не всё равно, что думаю я о нём.

— Поклянитесь, — потребовала я, — поклянитесь, что все слуги, которые захотят уйти, действительно уйдут!

— Клянусь, — с легкостью произнес горец, смотря на меня прищуренными глазами. — Более того, чтобы вы прекратили думать обо мне гадости, каждому из них я выдам по мелкой серебряной монете на первое время.

И действительно, буквально через полчаса более двух десятков слуг стояли у ворот с котомками в руках, и каждому из них Ворон лично вручил драгоценную монету.