Книга Два семестра волшебства, страница 94 – Салма Кальк

Привезли ужин, они его сгрузили на стол и даже не стали сразу распаковывать.

Потом. Успеется ещё.

* * *

Наверное, ещё пару месяцев назад Ирвин подорвался бы и двинул вместе с Джонатаном в отцовский дом, разбираться — что там, кто там и как так вышло. Почему-то сейчас не хотелось никуда бежать — чутьё говорило, что уже никого не поймаешьи ничего не выяснишь, в магическом следствии он не очень-то понимал, и наверное, есть специалисты, которые прочитают оставшиеся физические и энергетические следы и расскажут отцу, в чём проблема. А раз отец не хочет делиться подробностями, то — пускай разбирается сам. А если что — в субботу можно будет обсудить.

Правда, с маменькиным днём рождения он чуть не прокосячился, спасибо Джонатану — напомнил. А то сам бы и не вспомнил, и потом на него бы обижались сто ближайших лет. И хороший шанс показать Айлинн семью и показать её семье. Внимание родителей железно будет рассеяно по площадям и по людям, и никто до неё не докопается. А потом как-нибудь придут на обед и встретятся, как старые знакомые. А то очень уж она трепетная, может испугаться и сбежать, а зачем ему, чтобы она пугалась и сбегала?

Нет, пускай уже она расслабится и перестанет стесняться. Хоть и стесняется она очаровательно, офигенски просто. Краснеет, стоит её коснуться лишний раз — хоть рукой, хоть губами, сразу вспыхивает и хлопает глазами. И очень осторожно дотрагивается сама — легко и невесомо, и молчит, ничего не говорит, только дышит. И смотрит на него, если думает, что он не видит…

— Айлинн.

— Ирвин?

— Ты очень красивая.

Она взглянула из-под ресниц… и снова вздохнула и перевела взгляд. И осторожно положила руку ему на грудь. Он же обхватил её той рукой, на которой лежала её голова, а второй накрыл её ладонь. И как же хорошо было вот так — не торопиться, и даже можно не говорить ничего…

Правда, где-то там ужин, и его бы съесть, и спать хочется почему-то, странно, да? Очень странно, почему-то если не спать, то потом хочется. Вот бы не хотелось?

— Может… поесть и спать? — тихо и как-то неуверенно спросила красивая.

Кто-то сегодня тоже не выспался. Ну да, ну да. Если ему хочется спать, то Айлинн-то чем лучше?

— Пошли, моя суровая и прекрасная. Если мясо остыло, я затолкаю его в микроволновку, и не колышет.

Ирвин надел махровый халат — морочиться с одеждой не хотелось, и побрёл в гостиную. Точно, на столике пакет с едой. Надо хотя бы распаковать.

— Айлинн, ты переживёшь, если мы не будем раскладывать всё это по тарелкам? Я достал вилки и ножи, и готов есть прямо из контейнеров. Но если скажешь — достану посуду.

— Всё — это мясо?

— Мясо, соусы, рулетики из баклажанов,салат с креветками. Ты это любишь? Скажи, что ты любишь, завтра это и закажем. Я сегодня не догадался позвонить и спросить, не страшно? А вино есть франкийское и есть арагонское, какое откроем?

— Какое хочешь, — прошептала она тихо-тихо, одними губами.

— Что не так? — чуйка тут же встопорщилась. — Айлинн?

Она почему-то выглядела какой-то озадаченной.

— Всё в порядке, — ответила она слишком быстро.

— Так. Я ни хрена не понял, но буду чертовски рад, если мне расскажут, что происходит, — он осторожно тронул её ладонь.

— Я просто… привыкаю. Прости, если я делаю что-то не так. Я… наверное, пойму, как правильно.

— Да чего ты, всё правильно, — он дотянулся и погладил её руку. Она надела какую-то длинную майку до середины бёдер, хотелось забраться пальцами под ту майку и удостовериться, что под ней всё, как надо, как и было полчаса назад.