Книга Лариса научись жить заново, страница 48 – Людмила Вовченко

— Мы строго следуем кодексу. Ни один мужчина не страдает. Мы воспитываем. Обучаем. Продаём исключительно с согласия опекунов.

— Опекунов, которые сами получают с этого прибыль?

Женщина едва заметно дёрнула губами.

— Здесь матриархат. Как и у вас. Это не преступление. Это — система.

Ла Риса молча кивнула.

— Мы бы хотели пройтись. Я с дипломатическим браслетом. У меня есть разрешение.

* * *

Их провели по залам. За стеклом — ряды мальчиков, подростков, даже мужчин. Некоторые — уже обученные, сдержанные, с пустыми глазами. Другие — кричали, царапались, плакали.

Юля внезапно остановилась. За стеклом — девушка. Землянка. Едва взрослая.

— Она… беременна, — прошептала Ла Риса. — И боится.

— Я выкуплю её. Сейчас. Немедленно.

* * *

Дипломатическая операция прошла успешно: три выкупа подтверждены — две девочки и один подросток с Земли. Все троепочти не говорили, но глаза… глаза кричали. Они были живы. Они были спасены.

Позже, вернувшись на крейсер, Ла Риса достала письмо и прошептала:

— Мы нашли их. Мы идём дальше. И если мне придётся разрушить весь Тар’Нейт, чтобы освободить остальных… я это сделаю.

И в этот момент её браслет снова засветился — новое сообщение. Новые координаты. Новая дверь в кошмар.

А рядом Юля, поглаживая крошечного фамильяра, сказала:

— У нас будет армия. И род. И память. Мы не проиграем.

Планета Тар’Нейт ушла в гиперпространство тенью — без следа, без крика, без даже тени на звёздной карте. Точнее, взорвалась к чёртовой матери. Но сделано это было с таким изяществом, что ни одна жрица не догадалась, чьих рук дело.

Ла Риса стояла у обзорного экрана, глядя на исчезающее фиолетовое пятно среди звёзд.

— Всё? — спросила Юля, у которой под плащом на руках мирно спал малыш — тот самый подросток, которого они едва успели вытащить из сектора воспитания.

— Всё, — холодно произнесла Ла Риса. — Мы не оставим никого в клетке.

На запястье у неё вспыхнул браслет — артефакт, оставленный в техническом сердце планеты, сработал как маяк и очиститель. Он впитал магическую грязь, активировал родовое ядро, созданное специально техномагом её брата, и направил в самую суть Тар’Нейта заклинание из огня и света.

Не останется ни стен, ни схем, ни базы. Только мираж. Только глухой эхом воспоминаний.

* * *

Они вернулись на Альба Терра спустя трое суток. За это время:

Служанки подготовили детский блок на нижнем уровне дома.

Хари’тса вызвала группу лекарей и менталистов для работы с детьми.

Кара и Юля закупили необходимое оборудование: регенерационные капсулы, магические фильтры, сонные кольца и обучающие блоки.

Ла Риса лично распорядилась, чтобы всех спасённых не оставляли одних ни на секунду. Дом жил, дышал, раскрывал свои пространства для нового рода.

— Мы должны расти, — сказала она вслух, стоя у окна и наблюдая за тем, как птенцы фамильяров играют в пруду с зеркальной водой. — Мы должны стать не просто семьёй. Мы должны стать памятью.

* * *

Позже, когда дети спали, а мужья ушли на военный совет, Ла Риса чувствовала нечто странное. На уровне чутья, там, где кровь начинает зудеть, а браслет греется, как от прикосновения любимого. Она вышла из дома, прошла через кристаллические леса и оказалась у самой границы — там, где начинаются антимагические пустоши.

Он стоял на скале.

Высокий. Грациозный, как хищник. Кожа — цвета тусклого золота, будто солнце растеклось по мускулам. Волосы длинные, цвета ночи, а в глазах… галактики. Настоящие. Медленно вращающиеся спирали магии и древнего знания.